Руки Сандерса двигались с привычным автоматизмом, и с не меньшим автоматизмом отверзались его уста, вопрошая проходивших мимо одними и теми же словами:

— …С какой целью… где собираетесь останавливаться… к какому кораблю приписаны…

— Джерри, глянь, — толкнул его локтем напарничек — младший преподобный Питер, бездельник и идиот.

С некоторым раздражением Сандерс оглянулся, думая совершенно не о Питере и не о том, что там этому пустомеле показалось интересным. И тут же раскрыл рот от удивления.

По узкому проходу «зеленого коридора» к нему двигалось самое удивительное создание.

«Наверное, так и выглядят ангелы, — подумал он. — Нет. Демоны-искусители».

Девушка была невелика ростом — метра полтора, не более. При этом шла она так легко, что, казалось, плыла над полом. Ее окутывало облако огненно-пламенных, невесомых шелков. Сложно было разобрать, есть под ними тело или нет — только невнятный силуэт, колыхание, смущение духа, ума и сердца. А запах! Томный, нежный аромат, чуждый канцелярскому воску, упаковочной бумаге и сургучу. Одно движение руки, один взгляд черных очей, смоляной завиток, упавший на плечо… обнаженное? прикрытое?.. черт его знает — о да, черт-то знает! За один лишний миг созерцания он отдал бы и всего себя, и все богатства свои, и все потомство свое…

— Бэла Камовна из Тихих Трав, — холодно сообщило видение, положив на стойку перед Сандерсом печать-удостоверение. — Пилот бригантины «Блик».

Пилот. Ага, как же. Не спешите меня. А эти двое ребят в черных куртках у нее за спиной — высокий широкоплечий парень и коротко стриженая девушка, почти не уступающая ему ростом и размахом плеч, — не иначе как штурман и второй пилот с того же корабля. А вовсе не телохранители. И рукояти двуручников за плечами у обоих — бутафория, театральный реквизит.

— С визитом?.. — поинтересовался Сандерс, кое-как находя почву под ногами.

Девушка скупо наклонила голову и обожгла его таким спокойно-презрительным взглядом, что бедный Иеремия немедленно физически ощутил перхоть у себя на плечах и темную кайму под ногтями.

Он сам не помнил, как задал остальные вопросы. Кажется, господь смилостивился над своим рабом и позволил ему выставить себя не полным идиотом, а только четвертинкой.

Едва ли его посещали какие-то связные мысли, пока он проверял документы у суровых и молчаливых телохранителей. Один и впрямь оказался штурманом, а другая не вторым пилотом, а, как ни странно, кормчим. На что только не идут для маскировки эти богатеи с грешных планет.

Процедура была закончена, красавица на прощание последний раз скользнула ничего не выражающим взглядом по макушкам таможенникам, и уплыла прочь. Босые ноги ступали по дощатому полу в легком танце. С собой она уносила облако шелков и невозможный аромат несбывшегося.

— Подмени меня, Пит, — устало сказал Сандерс. — Пойду… помолюсь.

— Просто удивительно, как это у Белки получилось, — Сандра зарылась пальцами в горячий песок и лениво вздохнула. — Почеши мне спинку, lieber Freund [38] , пожалуйста.

— Пожалуйста, — сказал Сашка, послушно почесывая под левой лопаткой — там у Саньки всегда чесалось. — В смысле — удивлена? Подумаешь — прошла, поглазела…

— Мммм… — Сандра потянулась на горячем песке.

Они лежали на пляже в небольшой тихой бухточке на дальней оконечности Аметистового острова. На бригантине их ждали только после заката, а сейчас солнце стояло еще довольно высоко — не настолько высоко, чтобы обжигать непривычные спины, но и не настолько низко, чтобы задумываться о возвращении.

Мельчайший розовый песок невесомо скользил между пальцев, но казался невыносимо тяжелым на разгоряченной коже. Пахло смолой от высоких, похожих на сосны деревьев — на Жемчужине лиственных растений почти не было. Скалы к югу невыносимо сверкали на солнце.

— Не скажи, — заметила Сандра голосом ленивым и сонным. — Ты видел, какая грация? Какие взгляды? Жесты? Королева! Если бы она так двигалась даже в своем старом платке — поверь, Златовласка, ты бы каждый раз истекал слюнями.

Сашка пожал плечами. Ничего такого особенного он в поведении Белки не заметил. Все-таки женщины обожают преувеличивать. Можно подумать, он напрягался, сыграв телохранителя. Всего-то и надо было, что хмуриться и держать руки расслабленными, как будто ты вот-вот выхватишь меч из-за спины. Да еще смотреть недобро по сторонам.

Кстати, кроме большого меча из запасов Княгини Сашка еще взял своего более скромного, легкого и маленького Сумеречника — повесил на пояс. Со стандартным телохранительским двуручником он управляться никогда не умел. Силы и роста тут мало, нужна еще и привычка.