Намочила водой из графина душистый платочек, смыла быстро все сопли. В пять минут навела порядок на лице, стажера в кабинет кликнула.

Еще через минуту раскатился по коридорам мэрии звонкий цокот высоких каблучков. Это решительно настроенная Александра в сторону прокуратуры подалась.

Следователь оказался шапочным знакомым. Не то на банкете каком-то сталкивались, не то на вечеринке. Во всяком случае, Александру он тогда не заинтересовал. Так себе мужчинка. Ничего примечательного.

Теперь она с удвоенным любопытством рассматривала сидящего напротив представителя славных правоохранителей.

Глаза — умные. Несомненно. Прическа — аккуратная. Выбрит тщательно. Молодец. Губы узковаты. Зато подбородок волевой. Нос — ни рыба, ни мясо. Какой-то бесформенный. Сломан, что ли?

А вот пиджачишко подкачал. В плечах узковат и руки из рукавов торчат. Неужто подсказать некому? Мужик-то вроде не из последних…

Ай-я-яй! Да мы не женаты! Галстучек давно выбросить пора и рубашка застиранная. Что ж я раньше не догадалась? Совсем голову потеряла… Тем временем следователь быстро переписывал набело протокол допроса гражданки Иванцовой Александры Вадимовны, такого-то года рождения, проживающей… работающей… добровольно явившейся для дачи… по делу…

Рука сама выводила привычно заскорузлые строчки официального документа, а глаз так и норовил подняться выше края стола. Туда, где так заманчиво белели закинутые одна на другую восхитительно стройные ножки.

Шикарная ведь дамочка. Ни за что бы возраст не угадал. Должность приличная. Знакомства сильненькие. Одета подобающе. Связи небось крутые.

С такой и заигрывать опасно. Не дай бог, пожалуется. Так, мол, и так, вместо исполнения служебных обязанностей…

Следователь поймал себя на мысли, что в очередной раз думает казенно-суконным языком. Попытался отвлечься, наконец-то решившись взглянуть в строго-печальные глаза необычной посетительницы:

— Простите, Александра Вадимовна…

— Зовите меня просто Александра, — с извиняющейся улыбкой прервала красавица. Добавила после секундной заминки: — Я считаю, отчество старит. Кстати, а вас как зовут? Я что-то запамятовала…

Несколько подрастерявшийся следователь невнятно пробормотал:

— Сережа… То есть Сергей.

— Сергей… Можно, я буду звать вас Сережей? Мне так больше нравится. По-моему, «Сергей» звучит слишком напыщенно. А я бы хотела, чтобы мы подружились. Надеюсь, вы не возражаете? — уставились с обворожительной улыбкой синие глазищи.

Александру понесло. Все, что она ежедневно видела по телевизору и читала в газетах, все эти киллеры, разборки и заказные убийства так неожиданно и страшно вторглись в ее, в общем-то, устоявшуюся жизнь с невинными интрижками и долгими романами и настолько потрясли своей кроваво-жестокой реальностью, что чисто инстинктивно молодая женщина попыталась отгородиться от действительности привычной броней милого кокетства и ничего не значащего легкого флирта.

Не понявший внезапных перемен в настроении взбалмошной красотки следователь недоуменно хлопал длинными, почти девичьими ресницами.

— Так что вы хотели спросить, Сережа? Давайте поскорей, пока меня на работе не потеряли.

— Александра В… В общем, так, Александра. Все, что вы мне сейчас рассказали по поводу возможных причин убийства банкира, — очень серьезно. Мы немедленно проверим вашу информацию. Причем — досконально. Но… вы же понимаете, такие вещи первому встречному не доверяют. Откуда у вас столь подробные сведения? Если не секрет, конечно.

— Не секрет. Володя… Владимир Моисеевич был моим лучшим другом. Если хотите — любовником.

Следователь ожидал чего угодно, но только не последней фразы. Обычная его клиентура была куда более скрытной и менее откровенной.

Окончательно сбитый с толку «Сережа» расцвел неожиданно для себя в подкупающе открытой, чуть смущенной улыбке. Пробормотал, застеснявшись:

— Простите… Честное слово, не хотел…

— Что, «любовница» не нравится? Давайте другое слово подберу…

— Не надо! — взлетели вверх, защищаясь, растопыренные ладони. — Я сам. «Старинный знакомый» устраивает? По-моему, звучит неплохо. Как раз для бумажного официоза.

— И все будут сально ухмыляться, да? Уж лучше «любовницу» оставить. По крайней мере, честнее.

Нашелся следак. Мину удивленную состроил:

— А вам-то какое дело? Пусть завидуют!

Рассмеялась от души Александра. Право слово, даже среди прокурорских приличные люди попадаются. А она-то думала…

У начальницы КРО имелся уже безрадостный опыт общения с помощником городского прокурора. Тот как будто не замечал, что рядом с ним находится красивая молодая женщина. Долдонил как попугай о «предусмотренных действующим законодательством процессуальных нормах» и «фактах хищения материальных средств путем мошенничества».