После был небольшой торг. Цена в результате не снизилась, зато вместо одной обоймы стало три.

Кавказец опять очень долго смотрел в странно светлые, невыразительные глаза. Выдал на прощание с непередаваемым клекотом:

— Заложишь — на том свэте достану.

Поверил Он произнесенному с угрозой обещанию. Сам решил на всякий пожарный подстраховаться. Попетлял среди запруженных народом рядов, неумело проверяясь на случай возможной слежки. Неожиданно для самого себя снова к облюбованному наркодельцами закутку вышел. Только — с противоположной стороны.

Хотел уйти от греха и в этот момент услышал надрывный вой разгоняющего зевак автомобильного сигнала. В нарушение всех правил по территории рынка пробиралась сквозь галдящую толпу низкая серо-стальная «Мазда».

Остановилась вплотную к знакомому облезлому вагончику, снова требовательно просигналила. К вышедшему из машины пассажиру моментально подскочил давешний хачик в камуфляже, залопотал что-то, размахивая руками.

Все. Больше тут делать было нечего. Он тихо выскользнул из разросшихся кустов, решив продолжить проверку на непрошеного «хвоста» где-нибудь в городе. Среди знакомых с детства проходных дворов.

Пистолет оказался тяжеловат для непривычной руки. А отдача — слишком сильной. Ствол при каждом выстреле дергало и уводило куда-то вверх и вправо.

Понадобилось расстрелять целую обойму, чтобы хоть как-то приспособиться. И все равно необходимой уверенности в точности попадания не появлялось. Пришлось вносить поправки в уже выношенный план.

Само «дело» заняло всего несколько секунд. Зато получасовое ожидание далось неимоверно трудно. Он даже не подозревал, что окажется настолько слаб.

Тряслось буквально все тело. Мелко клацали зубы, вибрировали предательски колени. Руки било, как у запойного алкаша.

Зато мозги наглухо парализовало. Одно желание осталось. Сумасшедшее, почти непреодолимое желание убежать. Гораздо более сильное, чем в лавке подпольного наркоторговца.

Вот сейчас, через мгновение, вылезет на лестничную площадку безобразная старуха с ведром, раззявит в исступленном крике шамкающий рот. Следом детишки оравой налетят. А еще через минуту появятся суровые дядьки в бронежилетах.

И тогда — конец всем мечтам. Ни тебе прекрасной, источающей знойную любовь и благодарность Королевы; ни утопающих в безудержном сексе бессонных ночей; ни тихих радостей счастливой семейной жизни.

Лишь последняя мысль удержала Его от молниеносного спуска вниз по лестнице. Даже нервная дрожь отпустила. Пот на лбу высох.

Только прислонился к трубе мусоропровода, только помечтать наладился — лифт внизу загудел.

Пора пришла. Кончилось, не успев начаться, время сладких грез. Действовать пора. Делом доказывать свое право на красивую, полную чувственных наслаждений новую жизнь.

Все получилось как по писаному. Банкир стоял лицом к дверям, шаря по карманам. Ключи доставал. Еще и напевал, старый хрыч. Потому не расслышал быстрых шагов в бесшумных кроссовках.

А Он действовал почти бессознательно. Пустота звенящая в башке опять образовалась. Все много раз продуманные планы куда-то вылетели. Одна мысль в висках стучала: «Киллер стреляет в голову!».

Вытянул убийца руку с уже взведенным пистолетом в упор к седому затылку, нажал с ненавистью на курок. Отвернулся мгновенно, чтобы не смотреть. Рванул гигантскими скачками по лестнице.

Ему и здесь повезло. Никто в подъезде не встретился. Уже внизу обнаружил болтающееся в руке оружие, сунул его механически за пазуху.

Размеренным прогулочным шагом ушел, никем не замеченный, с места преступления.

На следующий день новость страшная город потрясла. Убили председателя правления самого крупного коммерческого банка. Прямо на пороге родной квартиры. Неизвестный киллер с одного выстрела разнес голову уважаемого всеми банкира.

Всплакнула втихомолку Александра. Заметила ищущий взгляд следящего за ней с утра стажера, выгнала за дверь к чертовой матери. Нашел время подсматривать, придурок! Совсем стало плохо бедной женщине. Чувство вины сердечко гложет. Не кто иной, как она сама своими идиотскими советами подтолкнула Володеньку к активным действиям.

И вот результат. Даже на похороны появиться нельзя. Как вдове в глаза смотреть?..

А милиция наша в жизни преступников не поймает. Банкиры — народ скрытный. За репутацию дрожат, дивиденды потерять боятся. Никогда истинных мотивов убийства не скажут. Скорее последнее решение Володи отменят.

Закусило разнюнившуюся было красавицу. Ах так! Ну, мне-то бояться нечего! Всех на чистую воду выведу! Не дам убийцам безнаказанными остаться.

Глянула на себя в зеркало: мамочка моя родная! Рожа постная, волосенки клочьями, косметика вся поползла. И глазенки зареванные. Прямо не женщина — страх божий!