Закончить, ему не дал Эдвард, шагавший через пастбище к ферме.

— Подожди минутку, дядя Мэттью! — крикнул племянник, поднимая здоровую руку в знак приветствия. Мэттьюобернулся в его сторону.

— Доброе утро, племянник, — произнес он. — Как твоя рука?

— Все болит, — ответил Эдвард, поморщившись, поглядел па повязку. — Я слышал твой разговор с этим парнем, дядя Мэттью. Думаю, со вчерашнего дня у нас не хватает рук.

— Ведь я на некоторое время выхожу из игры, — он указал на свою повязку. По-моему, этот парень толковый. Поручим ему мою работу, пока я не поправлюсь.

Мэттью задумчиво почесал подбородок, разглядывая Джереми.

— Что ж, — произнес наконец фермер. — Где ты живешь, парень?

— В деревне, — ответил Джереми, рассматривая повязку Эдварда. — Мы с отцом приехали сюда недавно. Сейчас отец болен, и мне нужно работать за двоих.

— Только без слезливых историй, пожалуйста, — оборвал Мэттью, продолжая почесывать подбородок. Затем бросил на парня оценивающий взгляд. — Ты как будто крепок.

— Да, сэр, — сказал Джереми тихо. Он распрямился, демонстрируя свои широкие мускулистые плечи.

Мэри тихонько стояла в стороне, разглядывая всех троих. Ей хотелось, чтобы отец принял Джереми на работу, но она знала, что лучше помалкивать. У нее не было права голоса. Тем временем Мэттью принял решение.

— Ладно, Джереми Торн. Сперва нужно разгрузить этот сарай, вытащить оттуда все инструменты, — он указал на низкое деревянное строение, находившееся позади огорода. — Мы собираемся построить другой, побольше.

— Спасибо, сэр! — воскликнул Джереми счастливо. — Я вам очень благодарен. А какая оплата?

— Десять шиллингов в неделю, — поспешно ответил Мэттью. — Но если ты проявишь себя хорошим работником, может быть, подумаю о прибавке.

— Замечательно, сэр, — сказал Джереми и мельком посмотрел на Мэри. Девушка почувствовала, как по телу побежали мурашки.

«Какой он красивый», — подумала Мэри, опустив глаза.

В голове у нее теснилось множество образов, самых разнообразных, неожиданных и волнующих.

«Но ведь папа ни в коем случае не допустит никаких отношений между мною и наемным работником», — сообразила девушка, прерывая бурный поток непрошенных мыслей.

«Джереми Торн. Джереми. Джереми. Джереми».

Она беспрерывно повторяла его имя и не могла заставить себя остановиться.

Сердце бешено колотилось. Мэри взяла у парня корзину с яйцами и поспешила в дом.

За завтраком было только и разговоров, что об ужасных происшествиях нынешней ночи: «Бедный Эдвард… Бедная Констанция…»

Прежде чем приступить к еде, все склонили головы в молитве.

Но Мэри даже сейчас не могла не думать о Джереми.

Занимаясь обычными кухонными делами, она время от времени поглядывала на него через распахнутую дверь. И сразу поняла, что парень действительно такой хороший работник, каким казался.

На краю огорода девушка увидела горы инструментов, выгруженных из сарая. Парень то и дело скрывался внутри строения, затем снова появлялся с очередной охапкой вещей.

— Мэри, о чем ты грезишь наяву? — спросила мать, прерывая ход ее мыслей. Вместе с дочерью она мыла посуду после завтрака.

— Ни о чем, правда, — соврала Мэри, вздыхая.

— За завтраком ты словно язык проглотила. Я это заметила, — сказала Констанция. — И к еде чуть притронулась.

— Значит, не была голодна, мама, — ответила Мэри рассеянно.

— Пожалуйста, прекрати глядеть на огород и помоги мне с посудой, — велела Констанция. — Ты же знаешь, что у меня поранена рука.

— Иди отдохни, мама, — сказшга Мэри. — Я все вымою сама.

Покончив с посудой, девушка взяла корзину и направилась в огород, чтобы набрать овощей к ужину.

Солнце стояло совсем низко над головою. Мэри чувствовала наплывавшие с пастбища волны раскаленного воздуха.

Когда девушка наклонилась, чтобы надергать редьки, она заметила краем глаза какое-то движение на краю огорода. Джереми выходил из сарая, таща кучу железных мотыг и граблей.

Мэри не задумываясь бросила свою корзину на землю и поспешила к колодцу, находившемуся возле дома.

Через несколько секунд она стояла перед Джереми, держа большую оловянную кружку с холодной водой.