Шрифт:
— Держись подальше от Фернандо Сантоса, — резко сказал Леандро. — Он хоть и образцовый служащий, но у него очень сомнительная репутация по части женщин. Нехорошо, если тебя часто будут видеть в его компании.
От столь неожиданного выговора она пришла в замешательство, но все же возразила:
— А что ты предлагаешь?
— Предлагаю не кокетничать с ним и держать дистанцию при встречах.
Молли обиделась.
— Я не кокетничаю. Ради бога, мы и поговорили-то всего несколько минут. Не хочу подозревать тебя в ревности, но за предупреждение спасибо.
Леандро замер. Гневная отповедь тоже застала его врасплох. С ледяным достоинством он заявил:
— Я никогда не был ревнивым. Но твое поведение привлекает внимание...
— На моей свадьбе? Когда я ношу твоего ребенка? Здесь все сошли с ума или только ты?
Уязвленная до глубины души Молли гордо удалилась.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
На следующее утро Молли постучала в дверь, ведущую из ее спальни в спальню мужа, и подождала, переминаясь с ноги на ногу. Когда ей никто не ответил, она приоткрыла дверь. Комната была пуста.
Эту ночь она спала одна. Одиночество в первую брачную ночь. Да, на борту самолета они не забыли, что женаты, но она не ожидала, что ночью его с ней не будет. Как не ожидала и того, что у них, оказывается, раздельные спальни. Вчера она отправилась спать и напрасно прождала Леандро. Утром ее разбудила служанка, которая принесла ей завтрак в постель. Пока Молли одевалась и думала о том, что делать дальше, до нее дошло, что в громадном шкафу висит только ее одежда. В дверь постучали, вошла Джульетта.
— О, вы встали? Это хорошо. Леандро попросил меня проехаться с вами по магазинам, чтобы одеться к сегодняшнему вечеру.
— А где он?
— В банке, конечно.
Ничего себе! Жениться, а на следующий день отправиться на работу! Значит, он ее бросил? Молли крепко стиснула губы. Впрочем, она не ребенок и вполне может приспособиться ко всему. Во всяком случае, постарается привыкнуть. Она прекрасно обойдется и без него.
Пока они спускались по лестнице, Джульетта без умолку болтала о том, в какие магазины они отправятся, а Молли разглядывала непомерно богатую обстановку со страхом обыкновенного человека, уснувшего в своем доме, а проснувшегося почему-то в королевском дворце.
У подножия лестницы к обеим женщинам обратился по-испански слуга.
— Базилио говорит, что перед нашим выходом мать хотела бы поговорить с вами, — перевела Джульетта и проводила Молли в небольшую элегантную гостиную, где ее ждала донья Мария.
Она приветствовала Молли кислой улыбкой:
— Молли... Леандро попросил меня поговорить с вами о семейной организации. Он не уверен, что вы сразу сумеете взять на себя такую нагрузку, поэтому я согласилась какое-то время продолжать заниматься домом сама. До тех пор, пока вы во всем не разберетесь.
Столкнувшись с таким заявлением и недоумевая, что подразумевается под «семейной организацией», Молли почувствовала себя загнанной в угол и неуверенно согласилась.
— Хорошо.
— Обращение со слугами не менее важно, чем развозка продуктов. Алоиз выросла в таком же доме и знала все, что от нее требовалось. Базилио тоже превосходный мажордом. Должен быть. Леандро надеется, что все в доме будет работать как часы.
С ослепительной улыбкой Молли вздернула голову:
— Уверена, что справлюсь со всеми проблемами. Поможет опыт в ведении хозяйства.
— Мне нравится ваша самоуверенность.
Проглотив обиду, Молли вздернула голову еще выше.
— Я понимаю, что неожиданный брак сына шокировал вас, и у меня нет желания с вами ссориться. Но теперь это и мой дом, и я намерена наладить жизнь в нем таким образом, чтобы мой ребенок был здесь счастлив...
— Но вы никогда не станете такой женой, какая нужна Леандро! Алоиз была любовью всей его жизни, и заменить ее никто не сможет. Вы никогда не будете здесь своей, какой была она. Вы обуза для моего сына. Официантка! — воскликнула вдовствующая герцогиня с презрительным отвращением. — Я знаю, что вы набросились на Леандро сразу же, как только увидели...
— С чего вы это взяли?!
— Кристал Фофер — одна из моих старинных подруг. Она свидетельница того, как вы впервые встретились с Леандро, и видела, что вы... маленькая интриганка, златоискательница.
Уязвленная до глубины души незаслуженными упреками, Молли застыла:
— Надо думать, что именно вы стояли за тем предложением, которое мне было сделано.
— Не понимаю, о чем вы говорите, — решительно заявила донья Мария.
Но Молли была убеждена, что нашла преступника, и больше не видела смысла в продолжении разговора.