Глаза его врага при этом потеплели, было заметно, что он готов принять все что угодно, но только не собственную беспомощность.

– Нужно чуть помазать ему губу, – шепнул Готфри, его меч также был направлен на Черного Рыцаря.

– Я сейчас дам вам противоядие, но вы, сэр, должны пообещать, что не попытаетесь сбежать, – на всякий случай Пейре говорил медленно и с расстановками. В ответ ему Черный Рыцарь моргнул и даже попытался кивнуть головой.

– Может, ну его, Пейре, – Готфруа сжал руку со снадобьем. – Такому только волю дай, он всех тут как цыплят перережет. Как звать не спросит.

– Вот ты и проследи, чтобы не перерезал, – Пейре вырвал свою руку из цепких пальцев друга и, открыв снадобье, взял немного на палец и аккуратно обмазал мазью губы своего врага. При этом Видаль чуть не умер со страху, представив, как обретший силы рыцарь вдруг каким-то чудесным образом обратится в волка и отхватит ему полруки.

Медленно Черный Рыцарь приходил в себя, вытягивая непослушные ноги и пытаясь разгибать и сгибать пальцы рук. Когда же к нему вернулся дар речи, он весело взглянул на Пейре и благодарно поклонился ему.

– Итак, благородный юноша, я ваш пленник. Не знаю, кто вы такой и кем присланы, но сдается мне, что я вижу вас впервые, и вряд ли у нас с вами могут быть какие-нибудь личные счеты и неоплаченные долги, – он криво улыбнулся и тут же ущипнул себя за щеку, зелье еще гуляло в его крови, не отпуская Черного Рыцаря на свободу. – Ваше средство – это что-то невообразимое. После того как уладим вопрос с моей свободой, с удовольствием куплю его у вас.

– Мое имя Пейре Видаль, я рыцарь, – представился Пейре. – Что же касается моего участия в этом деле и наших с вами личных счетов, то должен вам сообщить, что ваш друг сэр Рассиньяк был убит мной.

– Убит так убит – никогда не любил этого человека. Будьте уверены: я не стану мстить за него. – Черный Рыцарь махнул рукой, словно возвещая об окончании слушания дела. – Что же касается вашего имени, то я хоть никогда и не видел вас и не слышал вашего голоса, все же хочу сказать, что столь громкая слава докатилась и до нашего брата. Я, признаться, выучил несколько ваших песен, и при случае мы могли бы попробовать спеть их вместе.

Пейре смущенно покраснел и на помощь ему пришел Готфруа. Очень вежливо он осведомился у Черного Рыцаря о том, сумеет ли он достать денег на выкуп, и тот заверил его, что золото не станет преградой между ним и свободой. При этом он был столь любезен, что назначил сам сумму, приличествующую за его голову, которая втрое превышала самые смелые надежды приятелей.

Правда Черный Рыцарь не собирался освобождать всех явившихся вместе с ним разбойников, уверяя, что для большинства из них самое место на виселице, и умоляя друзей избавить его впредь от столь невежественных и неотесанных мужланов, один вид которых портит ему настроение. С другой стороны, он не мог продать их в рабство, так как в этом случае разбойников было бы некому конвоировать.

Уговорились, что Черный Рыцарь забирает с собой только свою личную охрану, оставляя во власти победителей ставших ненужными ему наемников, которых, дабы не вести в Тулузу и не навлекать на себя беды и лишних разговоров, повесить около дороги.

Очаровательные манеры пленника, его познания в искусстве, музыке и военном деле покорили сердца Видаля и Готфруа. Через неделю, получив обещанный выкуп, они расстались самыми лучшими друзьями. Бывший пленник поклялся, что не станет впредь покупать людей в Лангедоке. При этом Пейре жалел только об одном, что не смог удовлетворить просьбу Черного Рыцаря и продать ему ведьмино зелье. Что-что, а собственная жизнь ему пока еще была дорога.

Разделив по справедливости добычу между рыцарями и воинами, отряд вернулся в Тулузу.

Как и было запланировано в самом начале, Пейре и его верный оруженосец Хьюго покинули отряд задолго до владений Раймона Пятого. Готфруа опасался, как бы об их вылазке не стало известно в замке. И тогда граф мог спросить с добровольных истребителей разбойников, почему они не привезли ни одного на праведный суд? Куда девался Черный Рыцарь? И главное, чем же благородные рыцари отличаются от разбойников, промышляющих пленением и похищением людей не с целью предать их справедливому суду своего сюзерена, а единственно с целью выкупа?

А на такие вопросы по понятной причине отвечать не хотелось так же, как никто не собирался отчитываться перед графом за полученные от Черного Рыцаря деньги.

Да и что говорить-то, где, скажите на милость, путевому воину раздобывать для детей малых хлеб насущный, если в стране мир? Вот и приходится идти в наемники, присягая чужим господам, или очищать землю от скверны типа разбойников и работорговцев, разумеется с пользой для себя.

Желая скрыть свое участие в походе, Пейре отправился в один из Монреальских замков, где пел и всячески развлекал уже не ожидавших до весны услышать трубадуров, хозяев. Отдохнув как следует и получив подарки, Пейре вернулся в Тулузу.