Шрифт:
Она улыбнулась.
– Конечно. Это я виновата.
Она поставила поднос на ближайший стол, обняла Джейсена и поцеловала его в щеку.
– Поздравляю.
– Поздравляю.
Он тоже обнял Джейну, чувствуя, что связь близнецов в Силе объединила их.
– Ты всегда была моим лучшим другом.
– А ты – моим.
Она посмотрела через его плечо, заметив кого-то в толпе.
– Я вижу, Данни Куи здесь. Ты уже говорил с ней сегодня?
– Еще нет.
Она улыбнулась.
– Вы с Данни уже… виделись?
Он удивленно моргнул.
– Нет… это совсем не то… И вообще, я не думаю…
Джейна засмеялась.
– Ты не думаешь?
– Да, мы с ней не встречаемся. Она на пять лет старше меня.
– А папа старше мамы. И что из этого?
– И Данни такая… образованная. Она выдающийся ученый. Я не знаю, что интересного она может найти во мне. Все, что я знаю – это как быть джедаем.
Джейну это очень рассмешило. Она попыталась сдержать смех, но от этого только покраснела, и слезы потекли из ее глаз.
– «Она такая образованная, а я простой джедай!» И от кого я слышу это? От Джейсена Соло!
Джейсен попытался собрать остатки собственного достоинства.
– Не вижу здесь ничего смешного!
Она похлопала его по плечу и вытерла слезы.
– Это очень смешно, братец. Но я едва ли могу давать советы на эту тему.
Неожиданно Джейсен очень заинтересовался.
– Вот как? И что это значит?
Она взглянула на него, поняв, что только что сделала ошибку.
– Это значит то, что значит.
– У тебя кто-то есть? – спросил Джейсен.
Она отвернулась, потом вздохнула.
– Джаггед Фэл.
Джейсен был удивлен.
– Ты, должно быть, шутишь! Этот надутый хвастун?
Джейна нахмурилась.
– Ты ничего о нем не знаешь! Он совсем не такой.
– Ну, тебе лучше знать… – Джейсен решил, что настал удобный момент сменить тему.
– Что ты делаешь завтра? – спросил он, – Я не знаю, какие достопримечательности Мон Каламари ты уже видела, но мы могли бы…
Она встряхнула головой.
– Я улетаю вместе с другими джедаями. Обратно на Кашийик.
Он удивленно посмотрела на нее.
– Почему ты улетаешь сейчас?
– Я прилетела сюда по заданию Кре’фэя, и я выполнила задание. Я везу ему джедаев и сама возвращаюсь.
– У тебя же двухнедельный отпуск. Я видел на компьютерном планшете.
Джейна вздохнула.
– Я научилась кое-какой новой тактике, пока была здесь – в частности «маневру Соло», который придумал папа. Мы получили новых джедаев, которых надо интегрировать в систему командования. Мне срочно нужно вернуться на Кашийик, тренировать новичков.
– Каждую секунду, пока ты здесь, йуужань-вонги становятся сильнее, – вспомнил Джейсен ее слова.
– Да. И кроме того, – добавила она, – ты слышал, что сказал дядя Люк. Я – Меч Джедаев. Я всегда в первых рядах. Мир – не моя работа.
– Йуужань-вонги, возможно, и становятся сильнее, пока ты здесь. Но ты вряд ли станешь сильнее, если не будешь отдыхать.
– Речь не только обо мне. В моей эскадрилье еще одиннадцать пилотов, половина их них – новички, и если я не позабочусь об их обучении, йуужань-вонги их просто порвут в следующем бою, – она покачала головой и посмотрела на него, – Все в порядке. Я уже приготовилась встретить смерть.
Джейсен с ужасом посмотрел на нее.
– Ты… ты почувствовала свою смерть в Силе?
– Нет, – ее глаза были странно неподвижны, как будто она говорила эти слова уже тысячу раз, – Но я умею считать. Я считала силы врага, и погибших друзей, и число сражений до того, как мы сможем надеяться закончить войну, и сколько выстрелов будет направлено в меня в этих боях. Мне даже не нужно будет совершать ошибок, чтобы погибнуть. Мне будет нужно лишь участвовать во всем этом достаточно долго, и неминуемое случится, – она посмотрела на него и с печальной улыбкой прикоснулась к его плечу, – Но все в порядке. Я поклялась сражаться за Новую Республику и, если необходимо, погибнуть. И когда это случится, я стану частью Силы… я уже часть Силы, так что едва ли перемена будет слишком заметной.
– Любая жизнь является драгоценной и уникальной, – возразил Джейсен, – Ты не должна так пренебрежительно относиться к своей жизни.
– Энни Кэпстен была драгоценной и уникальной, – сказала Джейна, – и Улаха Кор. И Энакин. Уникальность не является защитой, – она посмотрела на него, – И я вовсе не отношусь к своей жизни пренебрежительно. Я просто вижу, что силы слишком неравны, и я не настолько самонадеянна, чтобы считать себя исключением, когда многие мои друзья погибли. Нет смерти, есть Сила. Разве мы только что не говорили это? Для меня это не просто слова. Я этим живу.