Рим — это был о-очень маленький городок. В нем было всего-навсего несколько домов и стена. Построили его, по легенде (ок. 753 г. до н. э. — Ред.), два разбойника — Ромул и Рем, считалось, что они — дети царя, воспитанные волчицей. Волчица, она, сами понимаете, хотя и любила их до самой смерти, но точных данных об их происхождении дать не могла. Во всяком случае, тут можно считать достоверным лишь то, что это была кучка разноплеменных! — совершенно разных, разноязычных людей, объединившихся в одной судьбе, — в подчинении вождю своих разбойников — Ромулу, который на берегу желтой реки Тибр и грязной маленькой речки, в нее впадавшей, — Клоаки (откуда и название идет), построил город Рим. И обнес его стеной и сказал, что никто — ни один живой человек — не перейдет эту стену!

Рем сказал: «Подумаешь, стена!» — разбежался и перепрыгнул ее.

Ромул сказал: «Будет по-моему!» — и убил своего брата.

С этого началось образование такой, казалось бы, ниоткуда взявшейся народности. Эти самые пятьсот бандитов, которые собрались вокруг Ромула, тут число чисто условное, они оказались, поскольку они были бандиты — без женщин. И им было ужасно скучно, потому что — естественно, почему. И поэтому они пошли в гости к соседнему племени сабинов. И украли там тех девиц, которые согласились с ними потанцевать. Но когда сабины побежали отбивать своих девиц, то девицы все категорически отказались вернуться. И сказали: «Мы вышли замуж и — очень довольны!»

После чего сабины и римляне объединились в одну целостность (ок. 400 г. до н. э. — Ред.). То есть пошел какой-то снежный ком наворачиваться. После чего началась длинная война римлян с этрусками, кончившаяся в пользу Рима. Сначала — этруски побеждали, потом — римляне.

И римляне уже к IV в. до н. э. подчинили уже среднюю Италию. Вот так (Л. Н. Гумилев показывает на географической карте территорию вокруг Рима. — Ред.). Больше всего оказали им сопротивления (ок. 326–286 гг. до н. э. — Ред.) наиболее родственные им самниты, жившие в горах Апеннин.

И вот тут оставшееся время потратим на то, чтобы посмотреть, а как же создался этот «Populus Romanus» — римский народ.

Оказывается, он создался очень простым способом, — у римских основателей города — отцов и их сабинских жен было много детей. Эти дети получили название — патриции (лат. Patricius. — Ред.). И они составляли наиболее боевую часть, которая ходила в походы, с тем чтобы подчинить себе и завоевать окрестные деревни и окрестные племена: латинов, самнитов, умбров и других. Причем при завоевании они, значит, брали у людей третью часть земли. Две трети — оставляли побежденным. Обязывали их еще платить кой-какую аренду и, таким образом, — жили и существовали.

А побежденные считались подчиненными городу Риму. Когда патриции захватили довольно большое количество земли с населением, то население сказало:

— Э-э! Как вы хорошо устроились! Живете — не работаете. Получаете аренду, вообще говоря, на всех поплевываете, рабов имеете, рабынь. А мы что?

Патриции на это им ответили:

А вы, собственно говоря, на что претендуете? Мы — воевали, кровь проливали! Боролись! А вы? Сидели дома, ели курку с маслом. И вы хотите получить долю добычи, ради которой вы ничем не рисковали? Не-е-ет, номер — не пройдет!

Как? — сказали подчиненные (плебеи они назывались). — Вот ты говоришь — не пройдет номер, Сект Луций? Пройдет! Нас-то в пять раз больше! Как навалимся на вас, что от вас останется? И куда вы денетесь, — мы в одном государстве! Это не война государства с государством! И объединиться мы вам не дадим. А если вы, вообще говоря, не хотите с нами делиться властью, правом на управление, правом на имущество, — мы от вас отделимся! Что вы без нас будете делать?

И ушли на соседнюю гору. И поставили свой там город. Патриции видят — дело плохо. Послали парламентеров, стали умолять: «Вернитесь! Давайте договоримся!»

И, представьте себе, — договорились. И те — вернулись. [79] Договорились, что Рим будет состоять из трех сортов римских граждан. Самый старший — это сенаторы, который будет состоять из богатых патрициев и наиболее важных, талантливых, толковых, заслуженных плебеев, — их пустили в Сенат. [80] Кроме того, все остальные будут обязаны нести военную службу, согласно своему имению имущества. Кто может явиться с лошадью, тот называется всадник — eques. А лошади были только у плебеев. Потому что когда патриции воевали — плебеи, вообще говоря, воспитывали скот и наживали имущество. А кто не может явиться, тот пускай является просто в доспехе — с мечом, в шлеме, в поножах (металлические щитки для защиты ног. — Ред.), в латах и служит в пехоте. Таким образом, оказалось, что сенаторы — смешанные патриции и плебеи. Всадники — почти все сплошь плебеи; а римский народ, основная масса — это опять же смешанные патриции и плебеи — бедные, у которых не хватало денег на лошадь. Она по тем временам дорого стоила. И, кроме того, бедных-то ведь можно обижать. Поэтому их разделили на три подразделения, которые назывались — трибы. [81] У нас это сейчас переводится как «племя», довольно неточно.

Представителями (в Сенате с 494 г. до н. э. — Ред.) этих триб были трибуны, которые пользовались правом неприкосновенности, которые

могли быть только плебеями,

которые могли любое постановление Сената отменить, потому что у них было право вето (veto — «запрещаю»).

То есть они имели колоссальную власть. И в каждом регионе, в который направляли против какого-нибудь войска, — обязательно присутствовал военный трибун, который представлял там, так сказать, интересы масс. Но масса эта состояла из таких же головорезов и живодеров, как Сенат и всадничество. И только и желало, как бы разбогатеть за счет соседей. И поэтому они подчинили себе Лациум (равнина вблизи Рима. — Ред.) и единокровных и единоверных, едино-язычных латинов (живших в Лации. — Ред.) и приняли их в свою Римскую республику. «Res publicus» — дело общее, это буквальный перевод, не очень точный.