Молодой человек тоже одет был в точности как и поутру, когда появился здесь, чтобы помочь все устроить. По счастью, он надел не синий рабочий дублет, в каких ходили все служащие Шаретти, — при данных обстоятельствах это выглядело бы неприличной насмешкой. На нем был темный саржевый дублет, сидевший достаточно изящно, — вероятно, его собственный, купленный на деньги, заработанные в Италии. Поверх он надел не слишком длинную тунику без рукавов, какую мог носить какой-нибудь стряпчий, но темно-зеленую, а не черную, поскольку это явно было бы ему не по карману. Волосы, тщательно расчесанные, выбивались из-под шляпы с широкими полями, но без всяких украшений. Шоссы, тоже темно-зеленого цвета, оказались целыми, а не латаными-перелатаными, в каких привыкла видеть его Маргрит. Также она еще никогда не видела его без улыбки.

По окончании церемонии им предстояло пережить еще свадебный обед за столом, накрытым в большой гостиной. Но наконец кто-то догадался упомянуть фландрские галеры, и теперь уже разговор потек без остановок, ибо это была тема, наиболее близкая сердцу и кошельку любого торговца в Брюгге. Так значит, этот недоумок Алвизе Дуодо направился с фландрскими галерами в Лондон по пути в Венецию, и, разумеется, английский король захватил их, ибо нуждался в кораблях для войны против своих сородичей из Йорка. Анджело Тани и Томмазо умирали от ужаса, и дело не только в потере тканей. Получит ли отделение в Лондоне свои мячи для игры? Дориа отослал горны и проволоку для клавесинов, Якопо Строцци — зубочистки и игральные карты. Разгрузят ли весь этот товар, или моряки просидят в темнице все то время, пока их корабли будут отражать атаки других англичан, отплывающих из Кале?

Епископ Коппини хранил предусмотрительное молчание. Именно ему надлежало отправиться в Кале и примирить тамошних англичан с их собратьями в Англии, которые завладели фландрскими галерами.

Разумеется, замысел неплохой. Но как только это произойдет и будет объявлен мир, то папа римский сможет начать крестовый поход для того, чтобы отвоевать Константинополь, и у короля Франции, герцога Бургундского, и английского короля (кто бы тогда ни занимал тамошний трон) не будет иного выхода, кроме как направить флот или армию ему на помощь. И тогда в следующий раз фландрские галеры вполне может захватить в Слёйсе герцог Филипп, вместе с шотландскими барками, португальскими кораблями, бретонскими каравеллами, нормандскими вельботами и тяжелыми судами из Гамбурга Как выжить негоцианту в такие дни? Воистину, без астролога не обойтись.

— Можно начать скупать рыбу, — предложил жених, который до сих пор почти не подавал голос и, как ни странно, не сказал никаких особых глупостей. — Рыболовецкие суда единственные, которые нельзя послать в крестовый поход. Но до окончания Великого Поста осталось недолго, так что спрос на рыбу будет невелик.

Шутка была не такая уж скверная, и они выпили достаточно кандийского вина мейстера Ансельма, чтобы от души посмеяться над ней. Но более того, несколько человек подумали про себя, что этот паренек, сам того не желая, подсказал им идею, над которой стоит здорово поразмыслить.

Разошлись они все в отличном настроении, а когда вернутся домой, то, учитывая роль, которую сыграли во всем происшедшем, они будут склонны скорее защищать этот брак, нежели осуждать его. К тому же они все знали условия договора, подписанного у них на глазах, и знали, чьи интересы он защищает. Таким образом, единственным из всех возможных, самые влиятельные семейства в Брюгге будут, по крайней мере, знать правду.

Когда удалился епископ и бургомистр, и стряпчие, Маргрит ван дер Банк обняла невесту за пухлые красивые плечи и предложила пройти в свои покои, дабы там привести себя в порядок перед уходом.

Их новый поверенный, мейстер Грегорио, уже вернулся в дом Шаретти. Там, как только подойдут и жених с невестой, о состоявшемся браке будет объявлено всем ее работникам. Разумеется, после того как демуазель сообщит эту новость своему сыну и дочерям.

Пугающая перспектива после такого тяжелого утра. Демуазель была бледна от усталости. Но словами тут не поможешь… Маргрит обняла ее, пытаясь таким образом заверить в своем дружеском расположении, но вдова Корнелиса была гордой женщиной. Она не дала волю слезам, а просто на мгновение дольше положенного задержалась в объятиях Маргрит. Затем, отступив на шаг, спокойно поблагодарила ее за все.

Чуть позже, когда удалились и жених с невестой, Маргрит рассказала об этом Ансельму, но тот, хотя она этого очень ждала, не поделился в ответ тем, что произошло между ним и этим юным Николасом, когда они остались одни. На самом деле, рассказывать было особо не о чем. После гостя Адорне воспользовался уборной, а затем вернулся в комнату и увидел, как жених, до тех пор превосходно владевший собой, дрожа всем телом, надает на стул, словно в него из окна угодил арбалетный болт. Заслышав шаги Адорне по выложенному плиткой полу, он обернулся рывком.

Ансельм посмотрел на него сверху вниз.

— Ты хоть спал прошлой ночью, мой друг Николас? Полагаю, что нет.

Иногда во время боя воины, чтобы избавиться от усталости, вдыхают вот так, глубоко, наполняя легкие воздухом, а затем выдыхают с силой, чтобы прогнать боль. Николас при этом улыбнулся, и покачал головой все с той же улыбкой. Ансельму сделалось любопытно, где и как тот провел последнюю ночь своей свободы. Последнюю ночь юности, в какой-то мере. Легким тоном он промолвил:

— Каждый жених имеет право на вечеринку с друзьями.