– Знаком с прикладными системами. Я работал в группе академика Горемыкина, когда разрабатывались лазерные линии связи.

– Вот как? Мы тоже пользуемся такими линиями.

– Я не знал об этом.

– Да, пользуемся. Они установлены у нас на сторожевых вышках, и с их помощью осуществляется связь между лабораториями и цехами. Это намного проще, чем тянуть телефонные линии, и гарантирует от подслушивания. Ваше изобретение оказалось очень полезным, Геннадий Иосифович. Ну что ж, вы, разумеется, знакомы с назначением этого объекта.

– Да, товарищ генерал. Насколько успешно вы продвигаетесь к цели?

– Через три дня предстоит решающее испытание всей системы.

– Неужели? – Бондаренко почувствовал изумление.

– Мы получили разрешение на проведение этого испытания только вчера. По-видимому, в министерство еще не успели сообщить. Вы сможете остаться и присутствовать при испытании?

– Ничего лучше и не придумаешь.

– Отлично. – Генерал Покрышкин встал – – Поехали, я познакомлю вас со своими кудесниками.

Небо было чистым, голубым и таким глубоким, каким оно кажется, только если смотришь на него, поднявшись выше большей части атмосферы. Бондаренко с удивлением увидел, что генерал сам садится за руль автомобиля УАЗ-469 – советского эквивалента джипа.

– Можете не спрашивать меня, полковник. Я сам вожу машину, потому что здесь у нас нет места для лишнего персонала и к тому же я был летчиком-истребителем. Зачем рисковать жизнью, полагаясь на какого-то безбородого мальчишку, едва научившегося переключать скорости? Вам нравятся местные дороги?

– Ничуть не нравятся… – Бондаренко не успел кончить, как генерал включил мотор и устремился вниз по горному склону. Дорога была едва пяти метров шириной, причем с правой стороны, там, где сидел полковник, скала уходила отвесно вниз.

– Это что – попробовали бы ездить здесь, когда дороги покрыты льдом! – засмеялся генерал. – Последнее время нам везло с погодой. Прошлой осенью две недели подряд шли дожди, что в этом районе крайне редко, – вообще-то муссоны оставляют всю влагу в Индии, зато зима оказалась на удивление сухой и безоблачной, – Дорога выровнялась, и он переключил передачу. С противоположной стороны навстречу выскочил грузовик, и Бондаренко едва удержался, чтобы не съежиться от страха, – колеса джипа запрыгали по гравию на самом краю пропасти. Покрышкин явно посмеивался над ним, но этого следовало ожидать. Грузовик промчался мимо на расстоянии меньше метра, и генерал снова повел машину по середине асфальтированной дороги. Впереди показался подъем, и он опять переключил скорости.

– У нас на объекте даже нет места для настоящего кабинета – по крайней мере для меня, – заметил Покрышкин. – Приоритет во всем отдается ученым.

Сегодня утром, когда Бондаренко совершал утреннюю пробежку, он видел только одну сторожевую вышку в жилом районе объекта, а сейчас, после того как джип поднялся на последние метры, перед ним открылся весь объект «Яркая звезда».

Им пришлось проехать через три контрольно-пропускных пункта, и на каждом генерал Покрышкин останавливался и предъявлял пропуск.

– А сторожевые вышки? – спросил Бондаренко.

– Автоматчики находятся на каждой из них круглые сутки, так что чекистам достается. Мне пришлось установить на вышках электрические нагреватели, – усмехнулся генерал. – Впрочем, в нашем распоряжении столько электроэнергии, что мы не знаем, что с ней делать. Раньше между двумя рядами заграждений выпускались сторожевые собаки, но от них пришлось отказаться. Пару недель назад несколько собак замерзли насмерть. Я на них не слишком-то и рассчитывал. У нас еще осталось несколько, но они ходят с охранниками. Думаю, совсем убрать их с объекта.

– Но…

– Их приходится кормить, – объяснил Покрышкин. – Как только начинает идти снег, пищу приходится доставлять сюда на вертолетах. Чтобы сторожевые собаки хорошо работали, им надо мясо. А вы понимаете, как падает моральное состояние на объекте, когда собак кормят мясом, в то время как ученым мяса не хватает? С собаками слишком много хлопот. Командир подразделения войск КГБ согласен со мной. Он пытается получить разрешение на то, чтобы вообще избавиться от них. На каждой вышке у нас установлены приборы ночного видения. С их помощью мы заметим " приближающегося нарушителя задолго до того, как собака услышит его или почувствует запах.

– Насколько велика охрана объекта?

– Усиленная стрелковая рота, сто шестнадцать солдат и офицеров под командованием подполковника. Постоянно несут охрану – круглые сутки – не меньше двадцати человек. Половина здесь, вторая половина на соседней горе. На этом объекте, например, по два человека на каждой вышке и еще четыре в составе группы, непрерывно патрулирующей по территории. Кроме того, конечно, охранники на каждом КПП. Безопасность объекта обеспечена, полковник. Усиленная стрелковая рота с тяжелым вооружением на горной вершине – мы, конечно, в октябре прошлого года провели учения: группа «спецназа» попыталась взять штурмом объект. По мнению наблюдателей, все спецназовцы погибли еще до того, как добрались на расстояние в четыреста метров от наружного ограждения. Один из них, между прочим, чуть не погиб на самом деле. Какой-то зеленый лейтенант едва не упал с обрыва. – Покрышкин повернулся к Бондаренко. – Теперь вы удовлетворены?