Машину трясло, крутило. Они поворачивали, ехали, поворачивали. За бортом был снег, снег, редкие дереья, а перед - глумливые глаза, искавшие его взгляд. Перегнувшись, высмотрел Максима - тот сидел недалеко и бледно улыбнулся в ответ. Егор переживал за него. Макс уже оправился немного и теперь внимательно разглядывал рожи напротив, пошучивающие зло. Того и гляди кинется. Он мог.

Всегда такой был. Максим шел навстречу страху. Егор опять поймал его взгляд и чуть покачал головой. Тот кивнул, откинулся к борту и прикрыл глаза.

Машина остановилась, все начали выпрыгивать. Детина в кирзачах, всю дорогу тыкавший в бок дулом автомата, встал и потянул за шиворот. Егор спрыгнул и огляделся.

Несколько неказистых изб жались друг к дружке, а вокруг только поля да лес.

Их подвели к одной из них и затолкали в примыкавший сбоку сарай. Дверь, скрипнув, закрылась, лязгнул засов.

Стояли, смотрели друг на друга - пока что и сказать было нечего. Тут Егор обнаружил, что тезкин платок уже весь темный и с него капает. Его усадили, зашарили по карманам, Макс разделся, оторвал от рубашки длинный рукав, нашли еще платок, перевя зали.

–  Вопрос у меня только один.
– сказал наконец Стас, сев на земляной пол с остатками подгнившей соломы и привалившись к стене.
– Понимаете какой?… А чего это нас прямо там не… - чиркнул ногтем по горлу.

Все ждали продолжения, но он пока, видимо, все сказал.

Егор опять пошарил в карманах и обнаружил выпавшую из пачки и потому не изъятую сигарету. Распрямил, сунул в рот - зажигалки не было. Посмотрел на Максима, но тот покачал головой. Стас снисходительно усмехнулся и, достав откуда-то из своих недр маленькую зажигалку, бросил ее Егору. Тот прикурил, затянулся и отдал Максу.

–  Хотят чего-то.
– задумчиво продолжил Стас.
– А что мы можем?

–  Можем уйти отсюда.
– сказал Максим.

–  Нет!
– тот даже вскочил.
– Нет! Даже не думай! Слишком… Только подохнем здесь все из-за тебя! Ничего… Ничего.
– заходил суетливо.
– Должен быть выход! Раз сразу не убили, значит будет выход. Будет! Поняли!?

Макс выразительно плюнул и сел к стене, прикрыв глаза.

Снаружи завозились, дверь открылась и появился все тот же детина, егоров приятель. Он поискал глазами.

– Ты!
– показал на Максима дулом.
– Пойдем!

Его не было долго. Егор за это время несколько раз облазил их сарай, пытаясь обнаружить что-нибудь полезное. Это, видимо, раньше был хлев - низкая дверь, остатки деревянной загородки посередине, солома вперемешку с землей, маленькое оконце, забитое сейчас наглухо. Свет пробивался только лишь через щели вокруг двери и кое-где из-под крыши. Стены из толстых досок, загнутые гвозди, надежная клетка. Разве что спалить. Или, как это, солому поджечь у входа, охранник прибежит - его вырубить, автомат… Но только не с таким союзником как Стас. В мерцающем свете зажигалки что-то мелькнуло на стене, черточки какие-то. Зажигалка обжигала уже пальцы, но в последний момент черточки успели сложиться в косо выцарапанное слово - ВАДИМ.

Он устроился у щели возле двери и постарался отвлечься. Виден был снег, кусок забора из трех жердин и мутное небо, отвлечься получалось плохо - воображение разыгралось. Наконец послышались скрипучие шаги и Макса втолкнули назад.

–  Ты!
– на Тезку.

Вроде цел. Улыбается.

–  Ну что там?

–  Да гад этот там, что там! Сидит!… Батька Махно!

–  Максим сплюнул.
– Юродивый!… Сначала спрашивал все кто, да что, да как, потом забегал, ругаться начал. Идиот!
– пожал плечами.

–  А ты что говорил?

–  Да пошел он в жопу, говорить с ним! Таких давить надо, из рогатки расстреливать, а не разговаривать с ними!…

Старый добрый Макс.

–  Чего Света его отпустила? Он же маньяк! Сразу видно. Стас недоверчиво качал головой. Максим хохотнул.

–  А еще Егорушку сразу позвали, прикинь? Он там с ума сойдет от таких говорунов!

Егор тоже засмеялся. Да уж! Смех был странный, всхлипывающий, трудноостанавливаемый.

Втолкнули тезку. С ним как-то быстрее управились.

–  Ты!
– на Стаса.

Тоже вроде невредим, и из башки замотанной уже не капало.

– Ну что там? Что?

– Ну… Спрашивал…

Переглянулись, давя смех.

– А ты? Ты что?

–  Ну…

Тут не выдержали и прыснули. Тезка смотрел непонимающе.

–  Ничего.
– наконец выдавил Макс.
– Сейчас Стасик за всех споет! Стаса не было долго. Когда его впихнули и Егор поднялся навстречу, заметил, что у него губа разбита.

–  Ты!
– сказал детина и ткнул в Егора.

Банда идиотов.