– «Я на белом листе нарисую цветок...» – замурлыкал себе под нос Маньяк, тасуя колоду.

Как только было принято решение найти нож, туман в голове рассеялся, и снова вернулась способность нормально соображать. Но вспомнить лицо вора не получилось. Вместо него белело мутное пятно. Помню, что раньше его где-то видел – и только.

– «Чёрной краской раскрашу его лепесток...»

С тихими шлепками карты падали на стол: раз, два, три, раз, два, три, раз, два, три...

Придётся действовать методом перебора. Бывает, забудешь чьё-то имя и начинаешь пробовать одну букву за другой, а не мелькнёт ли обрывок воспоминания? Где я мог видеть вора? Патруль? Точно нет...

«Пьяный мастер наколет на левом плече мой цветок...»

И снова: раз, два, три, раз, два, три, раз, два, три...

Дружина? Никаких ассоциаций. Гимназия? Опять не то. Кто-нибудь из собутыльников? Что-то ворохнулось на глубине души. Кто? Нет, похоже, мимо. Попробуем по-другому. Пил я с ним? Или он как-то на выпивку завязан? Кабаки? Есть контакт! «Весна», «Пельменная», «Западный полюс», «Серебряная подкова», «Берлога», «Цапля»... «Берлога»! Кто?!

«Только ты не увидишь, ты так далеко...» – Парень перевернул нижнюю карту и сунул её под колоду. – Крести козыри. «Магадан – заброшенный край. Магадан – запорошенный рай».

Крис? Нет. Артур! Точно, он! Гнида такая, я ж тебя на куски порву! До «Берлоги» отсюда не так уж и далеко, всяко успею до полудня добраться. А уж там я устрою всем кузькину мать.

– Мэн, смени пластинку, – не выдержал Кузьма. – Давай что-нибудь позитивное. Шестёрка у кого?

– У меня, – предъявил карту Жук. – Ага, как там: «В городе Сочи тёмные ночи, я люблю тебя, девочка, очень».

– Ну, всё. Побегу. – Допив вино, я встал из-за стола.

– Давай, свидимся, – кивнул Кузьма. – Топорами ходи!

– Мне танки выкинуть надо...

Я выскочил на улицу и поёжился. Здорово похолодало, а лазурное солнце сильно приблизилось к нашему желтому карлику. Часа два до полудня осталось. Надо поторопиться. На стенах домов кривлялись и плясали жуткие уродцы-тени. Пока шёл до «Берлоги», холодный воздух привёл меня в чувство и заставил задуматься, что делать дальше. Нельзя же просто завалиться в кабак с одним пистолетом и парой ножей. Прибьют на фиг. Ладно, на месте разберёмся.

Свернув во дворы, я забрался в соседние с «Берлогой» развалины и, пристроившись у выломанного окна, начал наблюдать за входом. По всему выходило, что кабак был закрыт. Подходившие туда люди читали объявление на двери, матерились, плевали, но рано или поздно шли по своим делам. И что делать – ждать, пока они откроются? Нет, так я не играю. Минуты ожидания текли одна за другой, а ничего путного в голову не приходило. Зуд меж лопаток становился всё сильнее.

С соседней улицы свернули сани и остановились у входа. Два грузчика начали сгружать тяжёленные свёртки, а возница-экспедитор забарабанил в дверь. Ну-ну, стучите-стучите. Но, к моему удивлению, минут через пять дверь распахнулась, а вышедший на улицу Артур расписался в блокноте экспедитора. Грузчики полезли в сани, но возница, приняв от помощника Криса несколько монет, распорядился затащить груз внутрь «Берлоги». Нет там больше никого? Я отполз от окна, вылез во двор и подбежал к углу дома. Подождав, пока грузчики затащат свёртки внутрь, Артур закрыл дверь. Как только сани скрылись из виду, я перебежал дорогу и заколотил в дверь рукоятью ножа. Откроет, нет? Почти сразу же дверь распахнулась, и на меня уставился удивлённый Артур, который и не подумал возиться с задвижкой, закрывающей смотровую щель. Решил, что сани вернулись? Или ещё кого ждал? Лови!

Получивший рукоятью ножа в лоб Артур залетел внутрь, и прежде чем успел замахнуться дубинкой, я пнул ему в пах и ребром ладони влепил в горло. Захрипевший парень упал на колени и подставил висок под удар коленом. Для надёжности добавив несколько пинков по голове, я сорвал с одного из свёртков верёвку, затянул руки и, закинув конец шнура на держатель для факела, натянул. Ещё? Да нет, хватит уже. Теперь на пару узлов завязать, и ногами можно заняться. А с дверью что? Сама захлопнулась. Вот и замечательно. Засов задвинуть – и порядок.

Очнувшийся Артур попытался достать меня связанными ногами, но промахнулся.

– Есть здесь кто-нибудь? – спросил я, врезав ему в солнечное сплетение.

– Пошёл ты, – огрызнулся парень и дёрнулся, всем телом повиснув на верёвке. Верёвка выдержала.

Придя в себя через несколько минут, Артур уже не делал попыток вырваться и, шмыгая разбитым носом, злобно смотрел на меня одним глазом. Второй опух и полностью заплыл.

– Есть. Здесь. Кто-нибудь. Ещё? – медленно выговаривая слова, снова спросил я.

– Нету никого, – роняя кровавые капли из носа, помотал головой помощник Криса и сплюнул на пол сгусток крови.

– Нож мой где?

– Крису отдал, – от неожиданности вырвалось у Артура, и он резко замолчал.

– Он где?

– Не знаю, – соврал Артур.

– Меня почему не убили? – Я до поры не стал обращать внимания на явную ложь.

– Руки марать не хотел, – ответил Артур и тут же, зашипев, дёрнулся от пропоровшего ногу лезвия.

– Давай договоримся: ты отвечаешь на мои вопросы, я тебя оставляю живым. И резать тебя на куски не придётся. Идет? – Я стряхнул с ножа капли крови.