За окном заржали лошади. Я накинула на плечи плащ и схватила с подноса куриную ногу, жуя её на ходу. Интересно, откуда вампиры достают для меня еду? Интересно, когда я следующий раз поем? В последнее время я мало ела, да и не хотелось мне. Наверно, сказывается вампирская кровь, когда еда не нужна. Но осталась во мне и кровь эльфийская, когда не нужно крови…

Когда я спускалась по лестнице, то наткнулась на очередную ссору. Советник, в плаще и в маске, прижался к дверям, а напротив него стоял Жар.

– Ты этого не сделаешь! Только через мой труп!

– Ты думаешь, мне сложно это организовать? Теперь-то ты не будешь так яро скакать, размахивая конечностями? Нерих зашипел, показывая клыки.

– Не глупи, братик. Мы должны это сделать. Нам больше ничто не поможет. Ты сам сказал, что у нас есть время. И надо воспользоваться этим временем с умом.

– Ничего не выйдет! Ты… да… надо было тебя убить!

– У тебя мания всех убивать? – подала голос я, спускаясь по лестнице. – Знаешь, события последних дней показывают, что ты кошмарный хранитель. Но превосходный палач.

Я прошлась по залу и остановилась за спиной Жара, положив ему руку на плечо и глядя в маску, скрывавшую лицо советника, позволяя видеть лишь крошечные огоньки красных глаз.

– Я уже даже заснуть боюсь, – воодушевлённо продолжала я. – А вдруг не проснусь. Поехали, Нерих, – перешла я на деловой тон. – Пойми, другого пути нет.

Я не согласна была с путём, который выбрал король Фанории, но, во-первых, другого выхода просто не видела, а во-вторых, мне чертовски хотелось досадить вампиру.

Нерих ещё некоторое время стоял, загородив собой дверь, а потом оттолкнул дверь плечом, разворачиваясь и выходя за пределы крепости. Он всё ещё шатался, но, тем не менее, ловко сумел вскочить на своего коня.

Я посмотрела на пятёрку вампирских коней, неотличимых друг от друга, и всё же узнала своего скакуна. Словно ниоткуда рядом со мной оказалась Пулона, вслед за Нерихом взлетевшая в седло. Советник что-то пробормотал себе под нос, и около него тут же оказался высокий вампир. Одновременно с Пулоной он защёлкнул на голове маску, такую же, как у хранителя. Я покосилась на Жара и вместе с ним проследовала к коням.

Всё время, пока мы двигались к границе, советник задирал голову к небу, словно опасаясь, что его щиты рухнут нам на голову в любую секунду, и демон прорвётся на территорию вампирьего царства. Интересно, что творится сейчас с остальным миром? Или демон питает неприязнь исключительно к Фанории? Исключительность этой страны начинает меня, право, тяготить…

Вампиры, которые днём предпочитали не выбираться из своих… э-э-э… домов… теперь провожали нас всей толпой. Наверное, пятёрка лошадей давно не выезжала за пределы страны.

Как только мы переступили границу, Пулона, Нерих и ещё один вампир, склонились ближе к холкам лошадей, поплотнее закутываясь в плащ. Некоторое время мы ехали по серой земле нейтральной полосы, а спустя пару часов остановились перед входом в ущелье. Над нами возвышались чёрные горы, над которыми нависло красное палящее солнце. Я почувствовала его на коже, как только наши кони перешагнули невидимую черту. Вампиры ещё ниже пригнулись к гривам лошадей, которые и сами шли вперёд с заметной неохотой. Нам предстоял путь сквозь узкий проход, по сторонам от которого скалы всё увеличивались и увеличивались. Проехав так какое-то время, мне уже начинало казаться, что мы едем по дну пропасти. Тишина, которая царила кругом, угнетала. В первые моменты мне это напомнило Фанорию, обычно пустынную, похожую на безграничное кладбище. Но уже спустя всего несколько секунд я отвергла это сравнение. Фанория и Маньяна были разными. Абсолютно. Вампирье царство было мёртвым, от него не ожидалось плясок и вечеринок, ничего. Маньяна же оставляла в воздухе ожидание чего-то неожиданного. Мне казалось, что ещё чуть-чуть, и тишина развеется, уступая место бешеному крику, способному своим звучанием повергнуть любого.

В какой-то момент Пулона и неизвестный мне вампир, новый личный страж, подобранный Нерихом, подстегнули коней, вырываясь вперёд, а советник наоборот натянул поводья, оставляя нас с Жаром в центре процессии. Я посмотрела на Жара и по его лицу поняла, что никаких неожиданностей пока для него нет. Всё шло по плану. До какого-то момента, пока я не поняла, что воздух вокруг меня словно уплотнился, и стало трудно дышать. Я завертела головой из стороны в сторону, а когда вновь посмотрела прямо перед собой, то увидела плавающие в воздухе горящие зелёным глаза. Голос, который я услышала, казалось, исходил отовсюду, но никак не мог принадлежать существу, глаза которого зависли перед нами.

– Кто? Позади нас, придержавших коней, в стремёнах встал Нерих.

– Королевская делегация Фанории.

– Вы не врёте, – утвердительно отозвался голос, и глаза исчезли.

– Милан! – раздалось позади меня.

Вампир, которого Нерих назвал Миланом, и Пулона двинулись вперёд. Жар тоже ударил коня поводьями.

Мы приближались к «бездне в бездне», поскольку, находясь в окружении гор и чувствуя себя на дне пропасти, мы приближались к тому месту, где дорога обрывалась.