Сделав несколько кругов по комнате, я ехидно и с выражением произнес:

— Это ты все же несколько грубовато обо мне, — заметил Бертран.

— Да, ну-у. Вы же сами говорили, не хроники, — хитро посмотрев на него, заулыбался я.

— Но все же… — задумчиво промычал он.

— Мы же сочиняем только для себя, ну может, еще вашему сыну и внуку споем, — засмеялся я.

— Что ты, что ты… Он же не переживет такого. Внуку еще можно, но сыну я бы не рисковал зачитывать или петь, — испуганно зафыркал старый герцог.

— Да, ладно. Я же не настаиваю. Сочиняем дальше, — примирительно заговорил я.

— Хотя если хотите, то можно написать только про меня. Например, так:

Не успел я договорить до конца куплет, как вмешался Бертран и, перехватывая у меня инициативу, продолжил следующие строчки:

— А может попробовать вот так, — предложил я:

— Нет, не так. Не звучит, а если: — Испортили паре влюбленных свиданье, — предложил герцог.

— Гм… Я думаю, так действительно лучше будет, — подняв глаза к потолку, согласился я.

— Ну-у можно… ладно запишем оба варианта. Когда закончим, потом и выбирать будем, а сейчас пошли дальше, — потер руки в нетерпении Бертран.

— У меня мысль! а если вот так повернуть?! — воскликнул я и зачитал, пришедшую идею:

— Ну, или:

— Э-э-э, ты не одна там мучилась, так что первый вариант лучше, где про нас двоих, — чуть не обиделся Бертран.

Отхлебнув пару глотков вина, я с удивлением посмотрел на бокал в моей руке. В процессе творческого вдохновения, даже и не заметил, когда нам его принесли.

— Мда… Ну мы и увлеклись. Я даже и не заметила, как он попал мне в руки, — вопросительно посмотрел я на герцога.

— Слуги доставили. Я попросил подать совершенно уникальное вино, чтобы стимулировать наш творческий процесс, — хмыкнул он.

Вино действительно было удивительным как по вкусу, так и по запаху. Я не удержался и сделал еще несколько глотков. В этот момент Бертран как-то странно посмотрел на меня, что я даже подавился вином.

— Что случилось? — кашляя, поинтересовался я.

— Нет, нет. Ничего особенного, — улыбнулся дедуля и долил мне в бокал вина.

Я подозрительно посмотрел на него, но он тут же перевел разговор на стихи.

Закончив сочинять, старый герцог предложил выпить по глотку за прекрасный результат. Затем мы решили получить полноценную песню, и начали подбирать к нашим словам музыку…

Меня разбудил громкий стук в дверь, отозвавшийся в голове колокольным звоном.

— Отец? Как вы смеете спать в одной комнате с моей женой? — сразу же после хлопка дверью, раздался чей-то пронзительный крик.

Противный голос прошелся циркулярной пилой по моим нервам.

— Слушай, не ори. Свали отсюда. И без тебя плохо, — простонал я, пытаясь не делать резких движений головой.

— Мне показалось, или в этой комнате такое сильное эхо? — прозвучало откуда-то сбоку.

— Отец?! Что с вами?! Кто это вас?… — заорали рядом.

В голове прозвучало бум, бум, бум. Как только подниму голову от подушки, так и убью изверга.

— Что-о… кто-о-о…, а то ты не знаешь кто, — хмыкнули в другом углу.

С трудом приподняв, я повернул голову и посмотрел в сторону. Мои глаза чуть не вылезли из орбит — даже про боль в голове забыл на какое-то время. На соседнем диване располагался отец Эммануэля, с бо-ольшим бланжем под глазом. Бертран, так же, скривившись, держался за голову. Это получается, мы с дедулей хорошо так пообщались, что теперь подняться не можем?!