После представления возвращаемся с Эрдманом в гостиницу «Сочи». Стоим в холле, и вдруг я вижу на лестнице его: в небесно-голубом роскошном костюме, в светлой рубашке с воротником апаш он легко сбегает вниз, как-то незаметно подхватывает меня и сажает в машину. Озадаченный Эрдман так и остался в холле…»

В течение последующих дней Кузнецов продолжал водить Татьяну в рестораны, дарить роскошные букеты цветов. По возвращении в Москву их отношения плавно переросли из дружеских в любовные. Когда Кузнецов сделал Конюховой предложение, она удивилась: «Зачем вам я – немолодая истеричная женщина? Посмотрите, сколько вокруг красивых девушек!» Но Кузнецов слушать ничего не хотел, и они поженились. Владимир бросил свой Ленинград и переехал к жене в столицу. Сначала они снимали квартиру, потом Кузнецову как известному спортсмену дали собственное жилье. Когда это случилось, молодые наконец надумали обзавестись наследником. На дворе стоял 1961 год.

Сына Сергея Татьяна Конюхова рожала в Риге, где жила ее мама. Добирались они туда с мужем на машине. Когда супруг за рулем стал клевать носом, Конюхова решительно отстранила его от вождения и сама вела машину целых пятьсот километров. Когда наконец доехали, она с трудом вышла – так сильно у нее отекли ноги. Когда об этой истории узнал врач, то долго не мог поверить: в его практике такого еще не было.

Поскольку профессия у Конюховой была сопряжена с частыми отлучками из дома, ее супруг этого не одобрял. И периодически устраивал ей сцены ревности. Иногда поводы к этому давала сама Татьяна. Например, однажды, после окончания съемок в фильме «Над пустыней небо», она получила письмо от режиссера картины, в котором тот… признавался ей в любви. Письмо попалось на глаза Кузнецову и… Дальше сами понимаете что. Конюховой с трудом удалось убедить мужа, что у нее ничего с тем режиссером не было – исключительно служебные отношения.

В 1965 году Кузнецов оставил большой спорт и посвятил себя науке – стал профессором, доктором педагогических наук. Что касается Татьяны, то она с середины 60-х перешла в разряд малоснимаемых актрис. Вот что она сама о том времени вспоминает: «Мы с мужем часто спорили по поводу его научных изысканий, и когда аргументов не хватало, в ход шли будильники, книги, тетради – все, что попадалось под руку… Заспорив однажды ночью о каком-то научном термине, муж позвонил соседям, чтобы попросить энциклопедию. А на следующий день подходит к нам соседка: «Боже мой, мы все так на вас любуемся! Вы такие красивые, такие счастливые, такие удачливые! Что же вы ссоритесь?» Муж, слава богу, обладал чувством юмора: «Что вы, – отвечает, – это мы Шекспира репетировали, у Тани новая роль…» Вот так протекала наша жизнь – бурная, интересная, со сценами ревности, со слезами, с выяснениями отношений…

Конечно, женщины на Владимира засматривались. Был даже один эпизод, когда мне донесли, что он… В общем, я позвонила той женщине и прямо ей предложила: «Что ж, раз так, выходите за него замуж!» Она испугалась: «Что вы, он вас так любит!» А ему потом сказала: «Ты связался с женщиной, которая даже замуж за тебя идти не хочет!» Не скоро потом все сгладилось…

Но хорошего все равно было больше. Распорядок дня у меня был постоянный. Вставала в пять утра. Готовила на весь день еду. Провожала мужа на работу, сына – в школу. Гуляла с собакой… Бегала на рынок. Стирала. Причем вручную. (Как-то решила отдать белье в прачечную, но, увидев общий грязный чан, повернулась и ушла.) Однажды, 8 Марта, увидела в окно, как муж вытаскивает из автомобиля что-то большое, а рядом сын – держит в руках тюльпаны. «Вот тебе, мамочка, стиральная машина». Я немного «повозмущалась»: мол, другим-то актрисам бриллианты преподносят… Но, конечно, подарку была рада…»

В апреле 1987 года у Конюховых родилась внучка. Но дедушка недолго радовался подарку: вскоре он скончался от рака. Ему было всего 55 лет. Видимо, в память о нем внучка посвятила себя спорту – в 14 лет стала мастером спорта. Что касается бабушки, то Татьяна Конюхова по-прежнему полна энергии: преподает актерское мастерство в Детской академии.

Со своей единственной женой, старшекурсницей Аллой Константиновой, Коренев познакомился в конце 50-х, когда учился в ГИТИСе. Стоит отметить, что на момент поступления Коренева в институт Алла любила другого человека и осенью собиралась выйти за него замуж. Но в сентябре она пришла в ГИТИС и от подруг узнала, что на первый курс поступил учиться «ну просто красавчик». Заинтригованная Алла решила взглянуть на этого незнакомца. Увидев Коренева, она удивилась: «Ну и что в нем особенного? Длинный, худющий!» Короче, он ей тогда не понравился. Но спустя какое-то время они оказались вместе на вечере театральных вузов в ЦДРИ, и судьбе было угодно посадить их рядом друг с другом. Потом они танцевали, а когда вечер закончился, Коренев вызвался проводить девушку домой. С этого дня и начался их роман.

Спустя несколько дней Владимир дежурил в агитпункте и попросил Аллу навестить его. Та пришла. После дежурства они отправились гулять на ВДНХ, а потом – на последний сеанс в кино. Именно там Коренев впервые ее поцеловал. В итоге Алла окончательно выбросила из головы своего официального жениха (он жил в Краснодаре) и стала встречаться только с Владимиром. Причем ее любовь к нему была поистине жертвенной. Она бегала за ним как собачонка, ждала после лекций возле аудитории. Ее педагог Платон Лесли даже удивлялся: «Зачем тебе нужен этот худющий, похожий на спирохету Коренев? Неизвестно, что получится из него, а ты уже – ведущая артистка Театра Станиславского!» Но Алла никого не слушала и продолжала встречаться с Владимиром. А потом взяла и… женила его на себе. По ее же словам, выглядело это следующим образом:

«Однажды он пришел ко мне, чтобы остаться на ночь. И вдруг неожиданно для самой себя я сказала: «Сейчас ты уйдешь, но завтра ровно в 12 часов я жду тебя с паспортом – мы идем в ЗАГС. Если опоздаешь, в 12.05 меня здесь не будет. Понимаешь, не будет для тебя никогда!» Это был вопль отчаяния. Ночь я, конечно не спала, и все соседки по общежитию – тоже: переживали за меня. Никакой уверенности, что он придет, у меня не было! Но ровно без пяти минут двенадцать Коренев явился и как ни в чем не бывало сказал: «Ну что, пошли?» Мы благополучно подали заявление, но сначала нам назначили день бракосочетания на 1 апреля 1960 года. Это было уже слишком, и мы взмолились: «Только не это!» Над нами сжалились – перенесли регистрацию на второе число. Но расслабляться я не имела права – надо было постараться, чтобы Коренев не передумал и обязательно пришел в ЗАГС! Несколько дней мы с ним не виделись, а потом я составила хитроумный план. В Москву приехал знаменитый английский театр со спектаклем «Ромео и Джульетта». Мой педагог Платон Владимирович Лесли, войдя в мое положение, отдал два своих билета. Это было невероятно: попасть на этот спектакль было для Володи пределом мечтаний – и я исполнила его заветное желание! В день накануне регистрации я предусмотрительно взяла билеты на редкий фильм, и мы пошли в кино, прихватив за компанию Володину сестру Наташу. Только ей я могла доверить Коренева, зная, что после сеанса она отведет его домой, а утром – приведет в ЗАГС. Вот так я и добилась своего – мы стали мужем и женой…»

Сразу после свадьбы Коренев уехал со своим курсом в Финляндию, а через месяц начались съемки фильма «Человек-амфибия», где он играл главную роль – Ихтиандра. Часть натурных съемок проходила в Баку, куда актер отправился без своей молодой жены. Однако вскоре со съемок этого же фильма вернулся Михаил Козаков и, встретив Аллу, сообщил: «У твоего мужа намечается роман. Если не хочешь его потерять, лети немедленно». И Алла полетела в Баку.

Роман у Коренева намечался с главной героиней фильма Анастасией Вертинской, которой он, разумеется, не рассказал, что пару месяцев назад женился. К тому времени у них уже вошло в привычку всю вторую половину дня после съемок гулять по городу вдвоем, держась за руки. В этот-то самый момент в Баку и приехала Алла. Увидев жену, Коренев впал в ярость и потребовал, чтобы она немедленно уезжала обратно. Алла, обидевшись, собралась уже в обратный путь, но женщины из съемочной группы ее отговорили. Когда съемочная группа переехала в Севастополь, ее поселили вместе с мужем в отдельной палатке. Алла каждый день готовила мужу еду, а он продолжал разговаривать с ней сквозь зубы. Потом Алла была вынуждена вернуться в Москву (начался театральный сезон), и Коренев облегченно вздохнул – он снова был свободен. Дома актер объявился только к концу года, когда начались павильонные съемки фильма.