«Любовь затмила ей разум, – поговаривают вездесущие сплетники, – и потом, она верит в человека, которого любит, убеждена в его силах…»

Это о Спицыне. После увольнения с работы экс-супруга Долиной, Виктора Митязова, бас-гитарист сам превратился в продюсера: ведает и управляет теперь всеми делами артистки. Больше Илья не бренчит гитарой на сцене. Но былой-то управленец был еще и легальным мужем, а этот, хоть уже и четыре года вместе, все еще не муж. Говорит, официальная жена (с которой до сих пор не разведен) не дает развода. Но у нас же не Иран – прекрасно разводят и без обоюдного согласия сторон. Главное, было бы желание.

Былые друзья и знакомые певицы утверждают, что Илья отгородил подругу от внешнего мира невидимым щитом, через который не пробиться. Он завладел игрушкой, о которой давно мечтал. Дела Ларисы? Да скука смертная! Зато Илюша любит НХЛ. Долина дружила с Фетисовым, а теперь с Фетисовым дружит еще недавно безвестный гитарист из Зеленограда Спицын. И Лариса торчит с ним на всех энхаэловских матчах. Илюша обожает бокс, и Лариса летает с «мужем» по всей Америке по маршруту Майка Тайсона. Ларисе этот Тайсон по барабану, так же как и НХЛ, ей бы в студии хиты строгать, но чего не сделаешь ради любимого мужика! Тешься, милый, «есть только мы, а все, что кроме…». Дочка проваливает в Москве экзамены – маман тусуется с бойфрендом где-то на рестлинге между Ютой и Канзасом, не проявляя ни малейшего интереса к судьбе своего единственного чада…

В итоге столь занимательного продюсерства коллектив распускается, танцевальной группы, которая создавалась в свое время мучительно и долго, больше не существует. Новых песен не слышно. Полная стагнация и упадок в творчестве. Впереди лишь заморский суд по случаю пьяного дебоша… Стыдобища!»

Суд, о котором идет речь в статье, тоже заслуга Спицына. В начале 2002 года, когда они с Ларисой были в Америке, в Нью-Йорке, Спицын умудрился подраться с отцом и сыном Волерами, которые в фойе концертного зала продавали компакт-диски, принадлежащие их семейной компании «Мосвидеофильм». Спицын узрел в этом посягательство на свой бизнес (здесь же музпродукцией торговали еще и его люди) и устроил публичную разборку. О том, как это происходило, рассказывает непосредственный участник инцидента 63-летний Михаил Волер:

«10 февраля 2002 года в зале «Миллениум» у Долиной был последний концерт (всего их было три). Когда он закончился и люди разошлись, я готовил свою торговую точку к следующему концерту – Розенбаума. Людей практически не было, рядом стояла лишь женщина, которая помогала мне работать. Вдруг подходит совершенно незнакомый мне молодой человек (я не знал тогда, что это муж Ларисы Долиной), небрежно указывает на меня пальцем и приказным тоном говорит: «Ты, иди за мной!» – а сотруднице приказывает, чтобы она оставалась на месте. Мы просто остолбенели, потому что с подобным хамством никогда не сталкивались. Я говорю ему: «Простите, но я разговариваю с женщиной». Он меня прервал на полуслове: «Иди за мной, я сказал!»

Я вышел из-за стола и подошел к нему. Мне стало любопытно уже, кто же здесь так может себя вести, ведь он мне в сыновья годится. В этот момент я ощутил от него сильный запах алкоголя. Говорю: «Простите меня, но вы выпивши, и я не хочу продолжать с вами разговор». Тут он, недолго думая, наступил мне на ногу и с силой нанес два удара в бровь и один удар в живот. С меня слетели очки, я очень растерялся. Это все было так стремительно…

Я попытался задержать Спицына и начал кричать: «Вызовите полицию!» Подбежал продавец из буфета и стал оттеснять нас друг от друга. В этот момент, видимо, до Спицына дошло, что он натворил, и он побежал к выходу, вниз по лестнице. При этом кричал: «Я вас на Брайтоне всех пересажаю!» Сопровождавший Спицына телохранитель что-то ему на бегу сказал, и я слышал, как Спицын ему ответил: «Это ерунда – я скажу, что он был пьяный и сам упал». Я бежал за ними, чтобы он не смог скрыться до приезда полиции, и все это время кричал: «Вызовите полицию, пожалуйста!»

Перед самым выходом на улицу мне преградил дорогу сопровождавший его охранник. Это и дало возможность Спицыну скрыться. Когда же наконец я смог выйти на улицу, то увидел лимузин, в котором сидела Долина, а рядом – автобус с артистами. Мужа Долиной уже не было. Люди на улице кричали: «Вон туда он побежал!» – и показывали рукой. Через пару минут подъехала полиция, но догонять его не стали. Тем более что я на всякий случай запомнил номер долинского лимузина. Полицейские вручили мне бумагу, где я должен был дать согласие, чтобы детективы занялись этим делом. Тут у меня закружилась голова, в глазах потемнело, и полицейские вызвали «Скорую». Когда привезли в госпиталь, давление у меня было 200/110. Оттуда я позвонил сыну. Он сразу поехал в полицию и потребовал, чтобы Спицына нашли поскорее, ведь он мог улететь уже на другой день.

В общем, полиция по своим каналам навела справки и выяснила, что все артисты находятся в одном из армянских ресторанов. В зал, где за столом находилось достаточно много людей – видимо, был банкет в честь окончания концертов, – вошли три детектива. Спицына взяли прямо из-за стола, когда он произносил какой-то тост в честь жены. Детективы надели на него наручники, хотя он тут же начал отрицать свою вину. Видя это, Долина эффектно встала из-за стола и произнесла: «Ай эм Лариса Долина». На что полицейский прищурился и небрежно бросил в ее сторону: «Ху?» После чего вот так, с руками за спиной, мужа Долиной отправили в полицейский участок. Мой сын поехал вместе с ними…»

Спицын пробыл в полицейском участке до пяти часов вечера 11 февраля, после чего был выпущен под залог в 500 долларов. Спустя четыре дня состоялось слушание этого дела в суде, где за Спицына заплатили залог еще в 1000 долларов, и он благополучно вернулся в Москву. На конец апреля назначили новое слушание, которое должно было вынести окончательный приговор по этому делу.

Уже спустя несколько дней этот инцидент стал достоянием широкой российской общественности. Особенно много внимания уделила ему «Экспресс-газета», которая, образно говоря, держала руку на пульсе: отслеживала ход событий от начала до конца. Позиция у газеты была однозначно антидолинско-спицынская, в то время как другие издания либо сохраняли нейтралитет, либо поддерживали певицу и ее супруга. Сам виновник скандала отмалчивался. Суд, состоявшийся в конце апреля, вынес беспрецедентное решение: Спицын получил год тюрьмы условно. Вот тогда Долина и дала интервью, в котором взяла своего супруга под защиту. Она заявила: