— Трудно представить, чтобы можно было провести во сне двенадцать лет,

— покачал головой Тревис.

— Конечно. И нам тоже. Но мы побывали в том сомнариуме, где Уэйкфилды спали, как они утверждают. Там все было точно так, как рассказывала Николь. Вообще, здание громадное, в нем хватит места на всех жителей колонии — на всякий случай, должно быть. Зачем МКА сооружать такое огромное здание… уж не затем, чтобы только замаскировать обман.

— Возможно, ты прав.

— В любом случае мы решили воспользоваться положением. По крайней мере на время. На жилье жаловаться не приходится. Все дома — первого класса. У нас с Хуанитой даже есть собственный робот-Линкольн, помогающий нам по дому и в лавке.

Элли прислушивалась к разговору весьма внимательно. Она вспомнила, что говорила ей мать, когда они с Бенджи попросились погулять по улице.

— Я не против, дорогая, — ответила Николь — но если кто-нибудь узнает в вас Уэйкфилдов и начнет расспросы, не говорите с ними. Отвечайте вежливо, но сразу же поворачивайте домой. Мистер Макмиллан пока не хочет, чтобы мы рассказывали о пережитом нами кому-нибудь еще, кроме чиновников МКА.

Пока Элли любовалась фарфоровыми фигурками и слушала разговор между мистером Мурильо и человеком по имени Тревис, Бенджи направился по собственным делам. И когда Элли обнаружила, что брата нет рядом, она испугалась.

— На что это ты уставился, приятель? — донеслось с другой стороны магазина.

— Ее во-лосы очень кра-сивые, — Бенджи занимал проход, мешая пришедшему с женой мужчине пройти. Улыбаясь, он протянул руку к великолепным длинным белокурым волосам и спросил: — Можно я потрогаю?

— Ты что, сошел с ума?.. Конечно, нет… а теперь убирайся…

— Джейсон, по-моему, он слабоумный, — женщина остановила руку мужчины, прежде чем он успел оттолкнуть Бенджи.

В этот самый миг рядом с братом появилась Элли. Она видела, что человек рассержен, но не знала, что делать. Она подтолкнула Бенджи в плечо.

— Элли, ты только погляди, — он в восторге сливал слова, — погляди на эти ди-вные же-лтые волосы.

— Этот недоумок твой друг? — спросил у Элли высокий мужчина.

— Бенджи мой брат, — через силу ответила Элли.

— Тогда убери его отсюда… он пристает к моей жене.

— Сэр, — Элли собралась с духом, — мой брат не хочет вам ничего плохого. Просто ему еще не приходилось видеть длинных светлых волос.

Лицо мужчины исказила рассерженная и недоумевающая гримаса.

— Что такое? — сказал он, обращаясь к жене. — Что это за парочка?.. Тупой и…

— А это не дети Уэйкфилдов? — послышался за спиной Элли приятный женский голос.

Расстроенная Элли обернулась. Миссис Мурильо стала между молодыми людьми и парой. Они с мужем вышли из-за прилавка немедленно, как только услышали громкие голоса.

— Да, мэм, — тихо произнесла Элли. — Это мы.

— Значит, вы и есть те самые дети, что прилетели из космоса? — спросил человек по имени Джейсон.

Элли поспешно вытолкала Бенджи наружу.

— Извините, — проговорила она, прежде чем уйти следом за Бенджи. — Мы не хотели ничего плохого.

— Уроды! — донеслось до слуха Элли, закрывавшей дверь.

Снова был утомительный день. Николь очень устала. Она стояла перед зеркалом и умывалась.

— Элли с Бенджи нарвались на какую-то неприятность в поселке и не хотят рассказывать мне, — донесся из спальни голос Ричарда.

Сегодня Николь провела тринадцать часов, помогая принимать пассажиров «Ниньи». Сколько бы ни приходилось трудиться ей, Кэндзи Ватанабэ и прочим, похоже, никто не был доволен и дел предстоящих всегда было больше, чем выполненных. Многие колонисты начинали возмущаться, едва Николь приступала к требованиям, которые МКА установило в отношении пропитания, жилищ и рабочих мест.

Она уже много дней недосыпала. Николь поглядела на мешки под глазами. «Но с этой группой следует закончить до прихода „Санта-Марии“, — сказала она себе. — С теми будет много сложнее».

Вытерев лицо полотенцем, Николь направилась в спальню. Одетый в пижаму Ричард сидел на кровати.

— Ну как прошел день? — спросила она.

— Неплохо… даже достаточно интересно. Люди-инженеры медленно, но верно приучаются обращаться с Эйнштейнами… Кстати, ты слыхала, что я сказал об Элли и Бенджи?

Николь вздохнула. По тону Ричарда она поняла, что это важно, и, невзирая на усталость, вышла из спальни и отправилась по коридору.

Элли уже спала, но Бенджи еще бодрствовал в комнате, отведенной им с Патриком. Николь села рядом с Бенджи и взяла его за руку.

— При-вет, мама.

— Дядя Ричард сказал мне, что вы с Элли ходили сегодня в поселок, — обратилась Николь к старшему сыну.

Лицо юноши на мгновение исказилось от боли.

— Да, ма-ма, — ответил он.

— Элли сказала, что их узнали, а один из новых колонистов их обозвал, — донесся голос Патрика с другой стороны комнаты.