Мартель, перестав расхаживать, сказал с улыбкой:

– Послушай, Викрам, всегда имеется способ обойти любую систему, используя человеческий фактор, и этот фактор называется алчностью. Предложив хороший стимул, можно коррумпировать кого угодно.

Викрам закрыл глаза. Он знал, что за этим последует.

– Я хочу, чтобы уже сегодня ты сел в самолет, дабы предложить нужный стимул нужному человеку.

Перумаль пришел слишком рано. Как бы ни уставал, он всегда являлся раньше назначенного времени, особенно когда нервничал.

Он обвел взглядом помещение ресторана, бывшее когда-то операционным банковским залом. Громкая болтовня посетителей создавала вокруг него звуковую стену. Но заведение ему нравилось. Одетые в черное клевые официантки и официанты подавали на клевых тарелках блюда клевой французско-тихоокеанской кухни банкирам в клевых костюмах. Он решил, что это как раз одно из тех мест, которое может понравиться Викраму.

Возникший буквально из ниоткуда Викрам Рана за какие-то несколько недель стал его лучшим клиентом. Хотя «Блумфилд-Вайс» и вел дела с фондом «Тетон» в операциях с облигациями, группа деривативов никогда раньше не вступала в деловые отношения с фондом. Когда Викрам первый раз позвонил им неведомо откуда, у телефона, по счастью, оказался Перумаль. После сделки с ИГЛОО Карр-Джонс хотел надавить на клиента, но Перумаль убедил его этого не делать. Как шутили некоторые, в дело вмешалась индийская мафия, или, если быть точным, весьма деликатные отношения между соотечественниками, которые мог разрушить один неосторожный шаг.

На самом деле все обстояло не так. Викрам во всех своих проявлениях был стопроцентным американцем. Перумаль предполагал, что его предки состояли когда-то в касте воинов и были выходцами из Северной Индии. Семья Перумаля принадлежала к более низкой касте и обитала в южном штате Керала. При встречах Перумаль и Викрам полностью игнорировали предрассудки своего общего субконтинента.

Сейчас Перумаль молил богов, чтобы Викрам привез ему еще одну сделку, сравнимую по масштабам с таким слоном, как ИГЛОО.

– О… Перумаль! Извини за опоздание!

На Викраме был элегантный итальянский костюм и шелковый галстук. Он возвышался над Перумалем, и, несмотря на костюм, было заметно, насколько развита его мускулатура. У Перумаля даже мелькнула мысль о своей неполноценности. «Я не менее умен, чем этот парень», – сказал он себе, занимая место за столом и беря в руки меню. Оказавшись по итогам национальных экзаменов в числе одного сотого процента лучших учеников страны, Перумаль получил право продолжить учебу в Индийском технологическом институте в Мадрасе. Хорошее образование не было куплено ему родителями, он самостоятельно заслужил его, соревнуясь с миллионами выпускников индийских школ.

– Тебе не кажется, что здесь шумновато? – спросил, оглядываясь по сторонам, Викрам.

– Пожалуй. Ты хочешь сменить место? – Перумаль всем своим видом показал, будто намерен подняться из-за стола.

Викрам улыбнулся (при желании в его улыбке можно было увидеть некоторую снисходительность) и сказал:

– Не беспокойся. Раз уж мы здесь… Думаю, все будет прекрасно.

Подошла официантка. Перумаль заказал себе закуску, весьма сытное основное блюдо и бутылку вина, в то время как его гость ограничился салатом и бутылкой минеральной воды.

Перумаль изо всех сил старался придумать тему для непринужденной беседы.

– Как ты считаешь, можно ли ожидать изменений волатильности или оценки останутся на текущем уровне? – спросил он.

Викрам сразу помрачнел, а Перумаль, слегка запаниковав, подумал, что, наверное, было бы лучше поинтересоваться погодой во время полета Викрама через океан. Но, к его великому облегчению, гость, выдержав паузу, ответил:

– Думаю, что все останется как есть до самого лета. Все зависит от волатильности доллара. Но я лично, по правде говоря, считаю, что она будет значительно ниже ожидаемой.

Пока Перумаль поглощал первое блюдо, они успели обсудить тонкости ценообразования опционов. По мнению Перумаля, встреча проходила просто прекрасно.

Последовала затяжная пауза, после которой Викрам задал вопрос, о котором молил небеса Перумаль:

– Не могли бы вы сделать для нас нечто не совсем обычное?

– Можем попытаться.

– Мы изучали корреляцию между ценами на нефть, курсом иены, ценой золота и погодой. Нам кажется, что открываются кое-какие возможности для арбитражных операций. Но чтобы полностью использовать эти возможности, операция должна быть по-настоящему значительной.

– Ну и о какой же сумме может идти речь? – спросил Перумаль, пытаясь скрыть возбуждение.

Викрам приступил к описанию самого сложного дериватива из всех, о которых когда-либо доводилось слышать Перумалю. Он внимательно слушал, лихорадочно думая о том, каким образом «Блумфилд-Вайс» сможет избежать или хотя бы снизить уровень тех рисков, которые один за одним перечислял Викрам. Группа деривативов «Блумфилд-Вайс» обожала сложные операции, поскольку сложность подразумевала массу туманных формул, позволявших незаметно для клиента дополнительно выжать из сделки несколько миллионов долларов. Транзакции Викрама открывали для этого массу возможностей.