Угольщик обернулся и с бледной улыбкой махнул мне рукой.

Когда я возвратился в наш автобус, Дитрих увлеченно орудовал клавишами, согнувшись в три погибели над КПК. На продавленном изодранном сиденье перед ним расположились электронные устройства, рыжий уже успел распечатать какие-то списки — насколько я понял, перечень файлов — и даже что-то отметить в столбцах красным маркером. Или зелёным. Нам, дальтоникам, всё едино.

— Что, Вандемейер? Коллега Головин поделился интересной информацией?

— Э… не совсем.

— А я как увидел ваш энтузиазм… ну, думаю, сейчас наука сделает гигантский шаг вперед. Как-то сталкера Петрова спросили, зачем нужны учёные. Он ответил: чтобы менять артефакты на снарягу с минимумом жертв. Военные — те сперва сопротивляются, а уж потом патронами делятся.

— М-м?…

— Я говорю, вам попалось что-то интересное?

— Ладно, скажу! Я не хотел говорить, прежде чем сам не разберусь, но, видно, это надолго. Я запросил информацию из нашего архива. Я имею в виду, из архива Взыскующих. У них очень много разрозненного материала, в залежах никто не разбирался как следует. Иногда им делают пожертвования информацией…

— Здорово! Религиозные пожертвования информацией. Как интересно жить в двадцать первом веке!

— Это специфика Взыскующих Слова. Они ищут Всевышнего в информационных потоках. Но скорость поступления файлов намного опережает пропускную способность их архива. Есть какие-то люди… в основном волонтёры, добровольцы, они работают с библиотекой… Пф, работают!

Дитрих махнул рукой, от этого движения по груде распечаток пробежал ветерок, гофрированные складки тончайшей бумаги тревожно зашуршали.

— Пожертвования информацией Взыскующие поощряют, такова их политика. И я вижу: если там, в архивах, покопаться, можно отыскать любопытные вещи. Так вот, я отправил запрос, и мне только что скинули пароль для доступа к несортированным файлам. Это… это… это Клондайк! Эльдорадо! Слепой, вы знаете, что такое Эльдорадо?

Знаю. Что-то вроде Исполнителя Желаний для сталкеров — но я не стал говорить вслух. Однажды сталкер Петров нашёл Исполнитель Желаний и неделю не просыхал. Рыжий снова впился взглядом в экранчик КПК.

— Вандемейер, а где Костик? — Я только теперь заметил отсутствие нашего терминатора. Тарас всегда тихий, незаметный — что он есть, что его нет… пока молчит — незаметен.

— Он… э… — Вандемейер отвечал медленно, не отрываясь от монитора. — Отправился на прогулку.

— На прогулку? Это куда? По Свалке, что ли?

— Слепой, он же мне не рассказывает… — Дитрих говорил медленно, одновременно он разглядывал в крошечном экране КПК что-то ужасно интересное.

— Вандемейер, ради всех святынь Взыскующих, хотя бы вы сидите здесь! Никуда не ходите! И никого не задирайте! Не ссорьтесь с местными! Слышите? Никуда и никого!

— Да я и не собирался… О! — Дитрих, похоже, наткнулся на новую золотую россыпь.

— Ладно, ладно. Сидите здесь, я иду за Костиком! Я, признаться, струхнул по-настоящему. Свалка — такое место, где днем всегда людно, сталкеры ходят туда и сюда, поэтому может показаться, что здесь довольно безопасно. А на деле в этом сумрачном краю хватает ловушек, не говоря уж о радиации на холмах. Костик, храни тебя Зона! Воображение уже рисовало мне страшные картины — вот Костик лезет за какой-нибудь блестящей безделушкой, которую счел «артэфактом», его затягивает «мясорубка», разрывает на куски «карусель»… и с радиоактивного бугра, кувыркаясь, летит оторванная рука, все ещё сжимающая какую-то пластмассовую дрянь… Эх, романтик, романтик… Зона, хоть бы он не полез куда-то…

Я помчался по опустевшему лагерю — время сейчас рабочее, местные бродят в распадках, ищут, не вывалилось ли что из аномалий на склонах…

На противоположном конце автокладбища навстречу попались несколько человек, один из них видел Тараса. Мои страшные догадки подтверждались — Костик выменял на челюсти кровососа старенький ПДА и ушёл на экскурсию, осматривать достопримечательности. Снова пошел дождь, видимость сразу ухудшилась… Серые струи прикрыли полупрозрачной пеленой бурые склоны и торчащие из глинистого грунта ржавые стальные конструкции…

Я накинул капюшон и едва не бегом припустил в строну, которую мне указали. Минут через пятнадцать отыскал Тараса. Наш охранник спокойно прогуливался между холмов, останавливался, тыкал в кнопки ПДА, внимательно оглядывал склоны… словом, вел себя совершенно спокойно и рассудительно — его, в отличие от Вандемейера, золотая лихорадка как будто не сразила. Я перевел дух и окликнул:

— Костик! Костик!

Тот обернулся и махнул рукой.

Я догнал Костика, тот показал обновку: