У Под есть и «черное имя». Человек всегда хранит в тайне свое черное имя, не называя его никому: Черное имя — это имя силы таланта: имя, которым человек призывает свой талант. Если чужой узнает твое черное имя, он может навредить тебе и лишить тебя силы. Так считают на Барке. Черное имя дается талантливому человеку в снах; а сны эти всем талантливым людям островов в акватории «черной воды» посылает Червь их мира — Богодьявол.

Одни таланты Барка могут даже более отчетливо и ясно, чем Под, видеть то, что происходит в далеких мирах. Другие способны излечивать больных или вызывать болезнь у здоровых. Третьи силой мысли поднимают нетяжелые предметы или даже воссоздают зрительные образы, миражи простых предметов, таких как стулья или вазы. Таланты Под не так примечательны, но они у нее есть, это точно, и это дает ей право называться инфантой.

Увы, остров Барк расположен на самой периферии влияния Богодьявола. Здесь вода лишь слегка подкрашена его чернилами. За пятьсот морских миль отсюда, на западе, в самом сердце Тьмы Богодьявола, имеются гораздо более сильные и яркие таланты. Там встречаются маги и колдуны.

Правда, таких талантов очень мало по сравнению со всем населением Тьмы. Но там, где моря самые темные — с самой блестящей водой из-за непосредственной близости к Богодьяволу, — там больше всего силы. Стоит только колдуну отплыть с одного из центральных островов куда-нибудь в район Барка, он сразу же теряет часть своей мощи; но даже тогда он остается более сильным, чем любой из талантов Барка.

Очевидно, что эти таланты являются генетическими — что бы ни говорила Под об их связи с затмениями разных солнц и лун. Так же, как очевидно, что ей было крайне необходимо пронзительно закричать, чтобы ты вошла в ее сознание, а не в сознание какой-нибудь главной колдуньи из внутренних районов Тьмы. Хотя оттуда тебе было бы гораздо удобнее контактировать с Богодьяволом.

Поэтому теперь ты здесь, на Барке, а не где-то еще. Остров имеет форму черепа гончего пса: разинутая пасть, скалы как зубы, два пресноводных озера, будто глазницы. Ты оказалась среди скал, в городе острова Барка, выстроенном на крутом выступе скалы, что, как огромный лоб, хмурился над озером Печального Взора. (Что до ступеней, высеченных в этой скале, их столько, что хватило бы дважды подняться в Веррино и спуститься с него на Шпиль.)

Более точно, здесь тебя укрывают у Дуэнны, в Саду инфант, откуда Под шаловливо ускользнула, сначала через выступ скалы и затем вниз, к морскому берегу, за моллюсками и откуда ее и похитили те неотесанные пираты с Солтрея.

К счастью, она храбро выпрыгнула за борт, поэтому хоть Дуэнна потом и хмурилась, но все же не стала прилюдно унижать Под. Теперь остается спорным вопрос, захочет ли Под, по баркианским меркам имеющая хорошее приданое, чтобы ее обменяли на бесприданницу с запада, из глубин Тьмы Богодьявола, но обладающую более сильным талантом, которая сможет наплодить для Барка колдовских детенышей.

(Что-то во всем этом процессе обмена девицами вызывает у тебя благородное негодование! Под не может взять в толк, о чем ты разглагольствуешь, поэтому тебе лучше воздержаться от пропаганды: По мнению Под, как же еще можно улучшать таланты на окраинах? Как еще можно наилучшим образом перемешивать силы талантов, если не вливать в общий поток одни и не изливать другие? (Скажите, пожалуйста, а чем хуже обмен жеребцами-производителями!)

Вот ты смотришь из створчатого окна поверх ступеней и крыш, поверх озера Печального Взора — на восток, где Большая луна заслоняет Ослепляющий диск, на какое-то время накрывая тенью весь город.

Ослепляющий диск — это солнце, на которое ты даже мельком не осмелишься взглянуть, если тебе дорого зрение. Оно очень маленькое и ослепительно яркое, хотя свет от него исходит не ровный, а мерцающий, как яркие вспышки зеркальных отражений. Есть еще гигантское солнце, Красный туман, которое сейчас приближается, скрытое Ослепляющим диском; но лучше всех на небе видно Близкое солнце. Луны здесь тоже три, все разных размеров: Большая луна, Средняя луна и Малышка.

— Так что, Под, влияние Богодьявола распространяется на всю область темной воды? А он может оказывать влияние где-нибудь за островами? В открытом море, далеко от Барка, например?

— Он никогда так не делает. С моей стороны это было чересчур дерзко думать, что он мог спасти меня со шхуны этого сброда. Его влияния не хватает даже здесь, хотя это еще его территория.

— Хм. И Богодьявол собирает в Ка умерших? Так чтобы они могли снова и снова переживать свои жизни в Нем?

— Ну нет. Вряд ли, я думаю. Когда люди темной воды умирают, Богодьявол высасывает из них силы, которыми он наделил их при жизни, и передает эти силы новым молодым талантам. Теперь понимаешь?

— Да. Понимаю, что ваш Богодьявол состоит в родстве с черным течением моего мира. Очевидно, он накапливает Ка так же, как электрические батареи на Земле аккумулируют энергию. Его, должно быть, забросили сюда когда-то, чтобы он впитывал в себя природные таланты, какие только будут появляться. А добрые люди чистой воды до смерти ненавидят его. Понимает ли Богодьявол, кто он такой? А ты, Под? Хоть кто-нибудь понимает?

— Может быть, некоторые мудрецы из Омфалы. Однажды мне довелось увидеть, как мудрец общался с Богодъяволом. Это был один-единственный взгляд, быстрый, мимолетный, как вспышка Ослепляющего диска.