Масако едва успела поднести палец к желтой пластиковой кнопке звонка, как дверь со скрипом отворилась.

— Привет, — сказала Йоси, появляясь в сопровождении клубов пара.

Судя по аромату, к которому примешивался едва уловимый запах моющего средства, постоянно присутствующий в доме, Йоси готовила суп.

— Не выйдешь на минутку? — шепотом спросила Масако, успев заметить Мики в крохотной комнате справа от прихожей.

Девочка сидела, обхватив колени руками, и неотрывно смотрела на экран телевизора. К гостье она даже не повернулась.

— Конечно, — сказала Йоси, заметно побледнев. — А что? Что-то случилось?

Масако уже заметила, что выглядит подруга смертельно усталой.

— Я подожду.

Небольшой клочок земли у дома был засажен овощами, и внимание Масако привлекли крупные ярко-красные помидоры, которые только чудом держались на прогнувшихся от тяжести ветках.

— Извини, — сказала Йоси, присоединяясь к подруге. — Что тебя так заинтересовало?

— Твои помидоры. У тебя талант к этому делу.

— Я часто думаю, что, если бы позволяло место, выращивала бы собственный рис, — рассмеялась Йоси, обводя взглядом приютившуюся под скатом крыши полоску земли. — Вообще-то они мне порядком надоели, но помидорам, похоже, здесь нравится. Они у меня невероятно сладкие. Возьми с собой. — Она осторожно сорвала особенно крупный плод и вложила его в протянутую руку Масако. Какой он большой и сочный, подумала Масако, хотя и вырос возле жалкого домишки, у изнурившей себя работой женщины. — Так что случилось?

Йоси выжидающе посмотрела на подругу. Масако повернулась к ней.

— Читала вечернюю газету?

— Мы не получаем газет, — немного смущенно ответила Йоси.

— Да? Так вот, они нашли мешки в парке Коганеи.

— В парке Коганеи? Это не мои!

— Знаю. Кунико. В общем, полиция уже приходила к Яои, потому что она написала заявление.

— Они уже знают, что это он?

— Еще нет.

Йоси нахмурилась. Масако заметила, что круги у нее под глазами стали еще темнее, чем накануне вечером.

— Что будем делать? — растерянно спросила Йоси. — Теперь-то все обнаружится.

— Думаю, они установят, что это он.

— Так что же нам делать? — повторила Йоси.

— Ты идешь сегодня на работу?

— Собиралась, — неуверенно ответила Йоси. — А сейчас уже и не знаю… Не хочется быть там одной.

— По-моему, надо пойти. Мы должны вести себя так же, как всегда, как будто ничего не произошло. Как думаешь, кто-нибудь видел, как ты приезжала ко мне в тот день? — Йоси ненадолго задумалась, потом покачала головой. — Так вот, нельзя, чтобы кто-то что-то заподозрил. Сейчас полиция займется Яои, поэтому нельзя допустить, чтобы они узнали о том, что у них с Кэндзи были какие-то проблемы, что он ее бил. Если пронюхают, нас всех ждет…

Она сделала выразительный жест, показав как будто скованные наручниками руки.

— Знаю, — тяжело вздохнула Йоси, разглядывая свои руки, костлявые, огрубевшие от работы.

Взявшийся неизвестно откуда мальчик обхватил ее колени.

— А это еще кто такой? — удивилась Масако.

— Мой внук, — неохотно объяснила Йоси и взяла мальчика за руку, чтобы не убежал.

— У тебя есть внук? Впервые слышу.

Она погладила мальчика по головке, однако от дальнейших расспросов воздержалась. Прикосновение к мягким детским волосам вызвало давно забытое ощущение. Когда-то такие же мягкие волосы были и у ее сына Нобуки.

— Я никогда не говорила, но у меня есть еще одна, старшая дочь. Это ее.

— Ты за ним присматриваешь?

— Присматриваю, — невесело ответила Йоси, с грустью глядя на ребенка.

Мальчик уже тянулся к помидору, который Масако все еще держала на ладони, а получив его, сначала обнюхал и потом приложил к щеке.

— Ешь, он сладкий, — прошептала Масако.

— Знаешь, после того, что случилось, у меня уже нет сил на него.

— Да, с детьми всегда особенно трудно, пока они маленькие.

— Верно. Теперь мне приходится менять пеленки двоим, — рассмеялась Йоси.

Масако задержала на ней взгляд, думая о том, какой груз свалился на несчастную женщину.

— Ладно, я пойду. Если будет что-то новое, заскочу.

— Масако, — остановила ее Йоси, — что ты сделала с головой?

Она спросила тихо, как будто боялась, что мальчик услышит и поймет, но его уже не интересовало ничто, кроме помидора. Прежде чем ответить, Масако оглянулась.

— Закопала. На следующий же день. Ее не найдут.