Мы прошли в кухню. Ляля уселась на стул, скрестив под собой ноги. А я принялась за приготовление кофе. Я молчала, ожидая, что Лялька первая приступит к разговору. Ведь не просто же так она приперлась. Значит, было у нее какое-то ко мне дело. Так и есть. Она наконец заговорила.

— Таня, знаешь, я бы хотела знать, как продвигается твое расследование, — несмело начала она.

— Постепенно.

— А ты уже знаешь, кто убил Мишу?

— Еще нет, но я уже на пути к истине.

Пришлось отвечать уклончиво. Не в моих правилах выкладывать всю свою информацию, пусть даже и самому клиенту. Конечно, Ляля имела полное право знать по делу все, но уж такой у меня метод работы. И пока он себя оправдывает, я не изменю его.

— Расскажи мне, пожалуйста, как все-таки продвигается расследование, — попросила Ляля.

— Ляля, понимаешь, я не посвящаю в подробности своих клиентов. Этому есть свои причины. Ты все обязательно узнаешь, но только потом, когда я буду твердо уверена в своей версии, в том, что она правильная. А пока тебе, уж извини, придется потерпеть.

— Ну ты хотя бы немного расскажи, как там все идет, — не отставала Лялька.

У нее был такой несчастный вид… И потом, я вспомнила тот день, когда она напилась с горя. Мне стало жаль девушку. Наверное, она все-таки любила Королева, раз так печется о нем, даже после его смерти.

— Единственное, что я могу тебе рассказать, так это то, что расследование продвигается нормально. Я уже отработала ряд версий, которые оказались ложными. Теперь у меня остался единственный вариант, который я считаю верным. Дело практически закончено, мне осталось лишь схватить убийцу за руку.

— Как, он собирается еще кого-то убить?! — и без того огромные Лялькины глазищи еще больше округлились.

— Нет, нет, что ты, — поспешила я ее успокоить. — Я просто неправильно выразилась. Никого он убивать не собирается. Разве что меня из мести, — пошутила я. — По крайней мере тебе беспокоиться не о чем. А как только расследование будет закончено, я обязательно сообщу тебе обо всем, а также предоставлю документы о расходах.

— Да что ты, что ты, — запротестовала Ляля. — Разве я об этом? Деньги — это не проблема. Ты скажи, если тебе нужны деньги на расходы, я дам.

— Пока не нужны.

Спровадив Ляльку, я завалилась спать. Уснула сразу, как убитая.

Всю ночь мне снился какой-то бред. Сначала я бродила по городу. Без всякой цели, просто так. Потом зашла в какой-то подъезд. Там было много кошек, которые орали как сумасшедшие. Я продиралась сквозь них, пытаясь найти выход. Но подъезд был какой-то странный — в нем не было выхода, и я металась по кругу, не находя той двери, в которую вошла. Потом вдруг откуда-то появился Киря. Он освещал дорогу фонариком, хотя в подъезде было и так почему-то очень светло. Я пыталась прорваться к нему, но кошки обступили меня со всех сторон, и мне не удавалось вырваться. Крик застрял в горле, и я никак не могла позвать Кирю. А он, как будто не видя меня, шел по подъезду, освещая путь фонариком. Вдруг я заметила, что на Кире какая-то необычная форма. Приглядевшись, я поняла, что на нем штаны с генеральскими лампасами, а на плечах погоны с одной большой звездой посередине. «Ничего себе, — подумала я. — Кире присвоили генерала! С чего бы вдруг?»

В этот момент я проснулась. Посмотрела на часы — было семь двадцать. Тряхнув головой, как бы пытаясь отогнать от себя неприятный сон, я встала и пошла в ванную. Сегодня мне хотелось принять ледяной, насколько это возможно, душ, но летом из крана с холодной водой частенько текла тепловатая водичка. Облившись относительно прохладной водой, я вышла из ванной и пошла в кухню готовить завтрак. Но в процессе приготовления поняла, что есть мне совсем не хочется, хотя накануне мне ни разу не удалось поесть нормально.

Я решила не насиловать организм и ограничилась крепким кофе. Выпив две чашки бодрящего напитка, стала собираться. Я намеревалась вновь последить за Мечником, ведь должен же он когда-нибудь связаться с Королевой. Почему бы ему не сделать этого сегодня?

Выйдя из дома, я отправилась на стоянку, где вчера оставила свой автомобиль. Сев в машину, включила музыку, проверила, в порядке ли прослушивающая аппаратура — мало ли что, вдруг придется снова подслушивать, — и поехала к дому Мечника. Кроме того, сегодня я прихватила с собой диктофон. Не знаю, зачем конкретно, просто почувствовала, что он может пригодиться.

Приехав на место, я чуть было не обнаружила себя, потому что Мечник как раз в этот момент выходил из своего подъезда с большой спортивной сумкой через плечо. Судя по тому, как он изогнулся под ее грузом, сумка имела весьма внушительный вес.

Интересно, куда это он направился?

Я не знала, как быть. Ехать за ним на машине? Он сразу же обнаружит слежку и, естественно, попытается скрыться. А если идти пешком, то могу его потерять. Наверняка он намеревается ехать куда-то, а значит, сядет в автобус или, что еще хуже, в такси. Но все же я решила не светиться на машине, а проследить за ним пешком.

Мечник вроде бы не заметил меня. А если и заметил, то не подал вида. Он спокойно шел по направлению к автобусной остановке. Или он все-таки понял, что за ним следят, и решил смотать удочки? Только странно, почему он не связывается с вдовой… А может, они ночью обо всем договорились? Ну да ладно, в любом случае, я правильно сделала, что решила сегодня пораньше поехать последить за ним.

Я шла не спеша, стараясь не попасть в поле зрения преследуемого. Мечник держался вполне естественно, он шел не оборачиваясь. Не торопился, не выказывал признаков беспокойства или нервозности.