– Поберегу, – пообещал Игорь и вошёл в подъезд.

Здесь было тихо и прохладно, даже холодно, как и в любом подъезде-колодце в старых московских, ещё дореволюционной постройки домах. Игорь, случалось, бывал в них: там жили и его знакомые и знакомые его родителей. В любую жару такие подъезды, как термосы, хранили каменную прохладу. Неширокая, но внушительная лестница – похоже, из мрамора – поднималась вверх, ограниченная слева стеной с облупленной штукатуркой, но без привычных Игорю надписей цветными мелками, а справа – чугунными решётчатыми перилами. Вниз, в подвал или в полуподвал, тоже вела лестница, но куда поуже и попроще. В таком доме, если сравнить его с соседними на улице, квартиры вряд ли дёшевы. Вон лестница какова… Да за неё одну хозяин, небось, лишний рубль к квартплате накидывал! Столяр дядя Матвей не мог жить в дорогой квартире – не по карману. А между тем он живёт именно здесь. Где конкретно? Ответ ясен: в подвале. Или в полуподвале, где квартиры наверняка много хуже и дешевле. Гениальный ход мыслей, что там Шерлок Холмс!..

И тут, как в добротном детективе, сзади раздался голос:

– Чего встал? Вниз иди…

Игорь обернулся не без ужаса. На него смотрел давешний малец, стоял у входной двери, придерживал руками штаны – скорее по привычке, чем по необходимости: держались они на лямке – и улыбался. Переднего зуба у мальца не имелось. Судя по возрасту, молочные у него выпали давно, а коренного, видимо, он лишился в драке. Бывает…

– Иди-иди, не боись, – молвил малюточка басом, шмыгнул, как и вчера, носом, повернулся, не прощаясь, и выскочил на улицу. Счёл свою миссию оконченной.

Выходит, за Игорем следили. Точнее, не за Игорем, конечно, – подумаешь, персона грата! – а за домом, И заочно уважая дядю Матвея, а тем более Пеликана, можно было утверждать, что не один малец фланировал вокруг дома, кто-нибудь ещё тем же занимался. И постарше, посолидней и посерьёзней.

Да, интересно, как Лида на мальца отреагировала? Сочла подозрительным или нет?..

Игорь осторожно спустился по лестнице – двенадцать ступеней вниз, сосчитал, – и упёрся в низкую, обитую железом дверь. Нечего на ней не написано, никаких табличек не висит. Постучал, Сначала тихонько, а потом и посильней. Из-за двери раздался приглушённый голос:

– Кого надо?

– Мне дядю Матвея, – сказал Игорь.

– А от кого будете?

– Мне вчера сказали, чтоб я пришёл…

– Погоди…

Чем-то загремели, что-то с лязганьем грохнулось. Дверь приоткрылась, и в щель Игорь увидел глаз. Глаз помигал, кто-то кашлянул, и дверь, наконец, распахнулась. На пороге стоял высокий сутулый старик с великолепными – под стать Будённому! – пшеничными усами.

– Игорь, что ли? – спросил старик.

– Ну, я…

– Заходи, ждут.

Игорь вошёл в крохотную прихожую, вернее, в пространство, отделённое от всего остального плотной занавеской. Старик сзади лязгал замком. Игорь отодвинул занавеску, увидел маленькую комнатку с низким потолком, стол посередине, керосиновую лампу на его голых досках. И за столом, выложив на него огромные лапищи, улыбаясь в сто зубов, сидел Пеликан.

Здорово, Игоряха, – сказал Пеликан. – Не ожидал?

– Обижаешь, Пеликан, – улыбнулся Игорь. Он рад был его видеть и не собирался это скрывать. – Не только ожидал, уверен был, что ты где-то здесь обретаешься.

– Ишь ты! – удивился Пеликан. – Какой проницательный, ехали бояре… С чего бы так?

– А с того, что если я кому-то и нужен, так тебе, а не мифическому дяде Матвею.

– Логично… А почему мифическому? Вот он, во плоти. Знакомься.

Усатый старик поставил хлипкий венский стульчик рядом с Пеликаном, сел и подкрутил усы. Жест был книжный, описанный всеми, кому не лень, но тем не менее…

– Здрасьте, – поклонился Игорь, а дядя Матвей ему на свободный стул указал:

– Садись. В ногах правды нет.

Честно говоря, дядя Матвей напоминал этакого традиционного революционера-подпольщика. Тут тебе и усы, и хриплый голос, и руки, как положено, жилистые, корявые, рабочие руки. Но он и не мог быть иным, потому что своя память, перемешанная с чужой, подарила Игорю именно то прошлое, какое он ждал, какое хотел видеть.

– Как профессор? – спросил Пеликан.

– Нормально. Гуляет по площади у фонтана.

– Он знает, куда ты пошёл?

– Не-а, мы от него сбежали.

– Мы?

Надо было признаваться.

– Там, у подъезда, Лида…

– Что-о?..

– Так получилось, – зачастил Игорь. – Я не смог смотаться из дому, сначала Леднёв увязался, город ему, видите ли, посмотреть захотелось, а потом и Лида, я же не сказал им, что иду к тебе…

– Погоди, – остановил Пеликан Игореву пулемётную очередь. – Где она?

– Лида? Гуляет возле дома.

Пеликан посмотрел на дядю Матвея.

– Там же Сом и Колька?..

Дядя Матвей смущённо кашлянул в кулак – это тоже у него вышло традиционно, по-книжному.

– Девка ведь… Чего за ней смотреть…

– Какая разница, – жёстко сказал Пеликан, – Ладно – Колька, но Сом-то, Сом…

– Я скажу им…

Игорь слушал этот малопонятный разговор и делал свои выводы. Дом под наблюдением неизвестного человека по фамилии или по кличке Сом. Ему в помощь придан некто Колька, – видимо, тот самый малец. Пеликан недоволен, что они никак не отреагировали на фланирующую у подъезда Лиду. Прав Пеликан, девка тоже может в охранке служить. Или не в охранке, охранка при царе была – в контрразведке…