Молчание Артура пугало ее больше, чем любой взрыв отчаяния. Доктор Поро ласково коснулся плеча Бардона.

– Не старайтесь сдерживаться, мой Друг. Вам будет легче, если вы позволите себе маленькую слабость.

– Оставьте меня в покое! – хрипло выговорил Артур. Сюзи и Поро отступили и молча смотрели на него. Сюзи услышала шаги хозяйки и распахнула дверь. Та опустила на столик поднос с чаем и сандвичами и собиралась уйти, когда Артур остановил ее.

– Откуда вам известно, что миссис Хаддо умерла от сердечного приступа? – вдруг спросил он.

Голос звучал твердо, но резкость, с которой он произ нес свой вопрос, заставила бедную женщину в изумлении взглянуть на него.

– Это сказал мне доктор Ричардсон.

– Он лечил ее?

– Да, сэр. Мистер Хаддо несколько раз вызывал его к своей жене.

– Где живет доктор Ричардсон?

– В белом домике у самой станции. А в чем дело?

Хозяйка не понимала, почему Артур допрашивает ее.

– Мистер Хаддо был на похоронах?

– О да, сэр. Он был просто убит горем.

– Достаточно. Вы можете идти.

Сюзи разлила чай и протянула чашку Артуру. К ее удивлению, он выпил чай и съел бутерброд. Она ничего не могла понять. Выражение напряжения и непокоя, явно читавшееся только что на его лице, сменилось мрачной решимостью.

Наконец, он обратился к ним:

– Я пойду к этому врачу. Сердце у Маргарет было в полном порядке.

– Что вы собираетесь делать?

– Что делать?! – в ярости обернулся он к Сюзи. – Я отдам Хаддо под суд. А если и суд не поможет, клянусь Богом, сам его убью!

– Вы сошли с ума, друг мой, – доктор Поро вскочил со стула и кинулся к Артуру.

Артур в гневе выставил вперед руки, как бы желая оттолкнуть его. Лицо его мрачнело все сильнее.

– Не мешайте мне! Видит Бог, время слез и причитаний кончилось. После всего, что я вынес за эти месяцы, я не могу лишь оплакивать Маргарет. Сердце мое окаменело. Не я убежден, что она умерла неестественной смертью, и ни когда не обрету покоя, пока ее убийца жив.

Он воздел над головой сжатые кулаки и поклялся, что своими руками задушит этого человека, чтобы увидеть, как лицо мерзавца побагровеет в предсмертной агонии.

– Сейчас я навещу этого идиота-врача, а затем отправлюсь в Скин.

– Мы пойдем с вами, – сказала Сюзи.

– Не бойтесь, – ответил он. – Я ничего не совершу, пока не приду к убеждению, что закон бессилен.

– Все равно я должна пойти с вами.

– Как хотите.

Сюзи вышла и попросила хозяйку вызвать кеб. Но, поскольку Артур не захотел ждать, распорядилась, чтобы кебмен подъехал прямо к дому Ричардсона. И они, не мешкая, устремились туда пешком. Артура и его друзей провели в кабинет. Вскоре вошел и сам доктор. На вид – лет сорока пяти, со светлой, уже изрядно поседевшей бородкой и выпуклыми голубыми глазками. Говорил он с сильным стаффордширским акцентом. Что-то в нем было от местного фермера, что-то от преуспевающего бизнесменами на первый взгляд он не производил впечатления достаточно умного человека. Одет во фланелевый костюм, в руках старомодная теннисная ракетка.

– Извините, что заставил вас ждать, но у нас гости, и я играл в теннис. Пришлось прервать сет.

Его неторопливая речь возмутила Артура, и он заговорил с несвойственной ему грубостью:

– Только что я узнал о смерти миссис Хаддо. Я был ее опекуном и старшим другом. И пришел к вам в надежде, что вы сможете что-нибудь поведать мне об обстоятельствах ее гибели.

Доктор Ричардсон с подозрением глянул на посетителя.

– Не понимаю, почему вы явились ко мне вместо того, чтобы обратиться к ее супругу. Все, что вас интересует, он может сообщить вам куда лучше меня.

– Я пришел к вам как к коллеге. Работаю хирургом в клинике Святого Луки. – Бардон протянул хозяину визитную карточку. Доктор Ричардсон повертел ее в пальцах, поднес к глазам. – А это мой друг – доктор Поро, чье имя, надеюсь, знакомо, вам по его исследованиям в области лечения мальтийской лихорадки.

– По-моему, я читал статью мистера Поро в Британском медицинском журнале…

Но тон доктора стал откровенно неприязненным. Он не слишком жаловал столичных медицинских светил, чье от ношение к сельским эскулапам казалось ему пренебрежительным. Ему доставляло удовольствие посмеиваться над их претензиями и всезнайством.

– Так чем могу быть вам полезен, мистер Бардон?

– Я был бы очень признателен вам, если бы вы подробно рассказали мне, как и отчего умерла миссис Хаддо.

– Это был предельно ясный случай эндокардита.

– Могу я спросить вас, за сколько времени до ее кончины вас вызвали?

Ричардсон заколебался. И слегка покраснел.

– Я не собираюсь подвергаться допросу, – резко отрубил он, решив, по-видимому, вести себя не очень вежливо. – Полагаю, что как хирург, вы не особенно разбираетесь в кардиологии. Но это был очень простой случай, и мы сделали все возможное. Не думаю, что смогу добавить еще что-нибудь.