— Я видел богатство вашего каравана. Однако это ничего не меняет. Никто не станет вас выкупать.

— Почему ты… С чего ты взял… Ты совсем не знаешь…

— Ты наивен, как младенец, — Ларс усмехнулся. — Я как раз знаю. Вы нарушили закон. Теперь вы преступники, которых ищут все городские стражи.

— Но…

— Переступив черту площади, вы стали делом города. Ваши родители не пойдут против законов, понимая, что иначе никому из каравана не остаться в живых. Так что, мне очень жаль, но вам следует забыть о помощи родных.

— Собираешься продать нас? Кому? Кто больше заплатить? — юноша храбрился, он даже выдавил из себя смешок, который, правда, получился нервным и дребезжащим. — Не боишься обжечься? Ты сам говорил: мы опасный товар!

— Риск — жизнь избранных, — усмехнулся атаман, — и, потом, мне нечего бояться. Я и так живу на грани. Одно слово — и ни меня, ни моих людей не будет на этом свете. Из-за вашего каравана, скрывающего в себе тайну, которую очень хотят узнать хозяева города, наши шансы снизились ниже некуда… Видишь, я откровенен с тобой…

— Оставь себе свое откровение! У нас сильный караван и когда в нем узнают… Убивать разбойников — наше любимое развлечение!

— Забавный малый! — рассмеялся Шак. Он сжал пальцы еще сильнее, заставляя юношу закричать от боли, но тот упрямо терпел, закусив губу.

— Мы не разбойники, — все тем же спокойным, как теперь казалось, безразличным тоном продолжал Ларс.

— Кто же? Стражи? Ну конечно, ведь это-город самого Губителя!

— Надеешься, что дерзкие слова оскорбят меня и я прикончу тебя на месте, освобождая от того, что предстоит? — тот ни чем не выказал ни ярости, ни возмущения дерзкими словами пленника, которые, казалось, только забавляли его. — Вы, караванщики, цените свободу больше жизни и я уважаю вас за это. Мы куда сильнее похожи, чем тебе бы хотелось.

— Кто вы? — упрямо повторил юноша, стремясь не столько узнать правду, сколько убежать от отчаяния, которое с каждым новым мигом все сильнее и сильнее сжимало его душу в своих холодных объятиях.

— Воры.

— Кто? — переспросил Ри, наморщив лоб. Не то чтобы он никогда не слышал этого слова, просто всякий раз оно звучало в пересказах отрывков легенды. "Чему я удивляюсь? Ведь говорили же взрослые, что пришла новая легендарная эпоха."

— Воры, — все так же спокойно повторил Ларс.

— И тебе не стыдно так называть себя?

— А почему я должен стыдится? В этом мире каждый выживает как может.

— Боги называют это ремесло презренным!

— Пусть так. Но не преступным.

— Преступным его считают люди! Твоя рука. Ее ведь по суду перебили? — ему казалось, что в древних легендарных царствах в наказание за воровство отрубали кисти, но, возможно, в новое время люди изменили кару.

— Да как ты… — сотоварищи Ларса набросились на строптивца. Шак разжал пальцы, более не удерживая своего пленника, кто-то другой резким ударом сбил юношу с ног. Тот упал, сжался, приготовившись к побоям, но…

— Стойте! Оставьте его в покое! — власть Ларса была так велика, что горожане, не возражая ни словом, ни взглядом, поспешно отодвинулись от караванщика.

— Вставай, — предводитель подошел к юноше, протянул левую руку, предлагая помощь, которую Ри не стал отвергать. Ладонь горожанина была теплой, поразительно твердой и сильной. — Городской совет решил, что с двумя руками я слишком опасен. Ничего. Мне хватает и одной.

— Ты так спокойно об этом говоришь! — несмотря ни на что, Ларс нравился ему все больше и больше, так что временами, вот как в этот миг, он даже забывал, кто перед ним.

— А что мне остается? — горько усмехнулся тот.

— Мстить!

— Кому? Хранителю? — усмешка вновь скользнула по его губам. — Наделенный даром — источник жизни этого города… — отойдя к пруду, он сел на камень у воды.

Скользнув взглядом по лицу караванщика, атаман бросил через плечо своим людям:

— Ступайте на улицы. Побродите, пошепчитесь. Но не попадайтесь на глаза слугам хозяина.

— Нам найти покупателя?

— Кто же станет их покупать сейчас… Просто все разведайте. И предупредите остальных: пусть никто не приходит сюда.

— Но… — громилы переглянулись. — Если это настолько опасно… Нам следует быть рядом, чтобы защитить тебя!

— Нет! — резко прервал их предводитель. Спустя минуту тихим, ровным голосом он продолжал: — Так будет лучше для всех. Затаитесь и ждите! Шак, вы поняли?

— Да, атаман, — нехотя кивнул тот.

Трое горожан исчезли среди деревьев, поспешив выполнять приказ предводителя. Задержался лишь Бур, с сомнением поглядывая вокруг, горя желанием что-то спросить, но не решаясь и рта открыть.