Сколько лет Гай считал Блисс повинной во всех своих несчастьях! Однако они встретились вновь, и довольно скоро он понял, что его жена – такая же невинная жертва Фолка и своего отца, как и он сам. Теперь он знал, что Блисс пострадала от них не меньше, если не больше, чем он.

Блисс потеряла ребенка. Гай потерял свое лицо и свое имя.

И оба они, похоже, потеряли свое будущее...

В тот момент, когда Блисс открыла глаза и подняла голову с подушки, она уже знала: что-то изменилось в ней самой и в ее жизни. Эта уверенность шла откуда-то изнутри, из самой глубины ее существа. В следующую секунду она молнией сорвалась с постели и ринулась к тазику для умывания. Ее тошнило. Приступ продолжался долго, несколько минут. Наконец, дрожащая и обессиленная, она вытерла ладонью мокрые губы, вернулась в постель и рухнула навзничь. Потолок тут же принялся кружиться над ее головой.

Беременна! Она беременна!

Да, другого объяснения тому, что происходило с нею, просто не могло быть. Хорошенько все припомнив и посчитав, Блисс сумела определить и срок беременности – два месяца. Даже чуть больше... Если говорить совсем точно, она забеременела от Охотника в ту их последнюю ночь, на Кубе.

Голова по-прежнему кружилась, Блисс опять начало тошнить, и все-таки она была счастлива. Она хотела этого ребенка, она уже любила его!

Затем ей пришло в голову, что ребенок, которого она носит под сердцем, обречен явиться в этот мир незаконнорожденным, и на глаза Блисс навернулись слезы.

Она была в этом мире, совершенно одна – даже те непрочные узы, что связывали ее с отцом, отныне перерезаны навсегда. Однако Блисс и в голову не пришло отказаться от ребенка, зачатого от Охотника. Она знала, что всегда будет любить своего малыша и никому не позволит отнять его. Но нужно было подумать о будущем этого младенца. Как примет его мир, когда он подрастет? Неужели ей придется растить и воспитывать будущего изгоя?

Нет, ни за что!

Решение пришло к ней быстро и просто, хотя и не было слишком приятным.

Она должна выйти замуж.

И как можно скорее.

Джеральд Фолк перешагнул порог дома Блисс на следующий день. Горничная проводила его в гостиную, где Фолка уже ожидала Блисс за столиком, сервированным для чая.

– Доброе утро, – весело приветствовал ее Джеральд и присел к столу, не дожидаясь приглашения. – Твои две недели подошли к концу, Блисс. Ты готова назначить день нашей свадьбы? Лично я не могу больше ждать: я сгораю от страсти, но еще больше – от долгов.

– Крепче держись за стул, Джеральд, – многообещающе начала Блисс.

– Не тяни, – нетерпеливо сказал Фолк, наливая себе горячего чаю. – Давай ближе к делу. Назначай день нашей свадьбы. Это, безусловно, станет большим событием для Нового Орлеана!

Вот и настал тот момент, которого всегда так боялась Блисс. И настал он только благодаря ее беременности. Готовясь к разговору с Джеральдом, она перебрала все варианты – реальные и нереальные – и сделала свой выбор, хотя это стоило ей большого труда.

Итак, она окинула долгим взглядом сидящего перед нею Джеральда, выдержала его встречный взгляд и приготовилась произнести роковую фразу. Все было решено и продумано заранее, однако душа Блисс противилась этому решению. Но разве у нее был выбор? И разве будущее ребенка – не самое главное для нее сейчас?

Блисс расправила плечи, откинулась на спинку стула и тихим, спокойным голосом сообщила:

– Я беременна, Джеральд.

Чашка выскользнула из рук Фолка. В буквальном смысле слова как ошпаренный, он вскочил на ноги, опрокинув при этом стул.

– Т-ты... что?!

– Беременна, – с улыбкой повторила Блисс.

– Этого не может быть!

– Но это так.

Джеральд словно слепой заметался по гостиной и едва не свалился, запнувшись за упавший стул.

– Великолепно! Бесподобно! Только этого нам и не хватало для полного счастья! Ну что ты за баба?! Только ублюдков и умеешь рожать!

Блисс побледнела. Ей безумно захотелось влепить Джеральду полновесную пощечину, однако она сдержалась и заметила только:

– Ребенок Гая не был незаконнорожденным или, как ты изящно выразился, ублюдком, – Блисс погладила себя по животу. – Этот, второй, действительно зачат вне брака, от какого-то пирата, но это не значит, что я буду меньше любить его. Сядь, Джеральд. У меня есть к тебе деловое предложение.

Джеральд перестал метаться, поднял с ковра стул и уселся на него – пунцово-красный, с горящими глазами.

– Я всегда знал, что ты...

– Давай, Джеральд! Скажи это слово – и можешь навсегда распрощаться с мыслью 6 моем наследстве, – предупредила Блисс.

– Нужна ты мне теперь! – буркнул Фолк. – Особенно с тем, что у тебя в животе. Слушай, дай мне просто денег в долг.

Он немного успокоился и принялся брезгливо отряхивать рукав сюртука, залитый чаем.

– А, так, значит, деньги тебе все-таки нужны? Даже от такой женщины, как я? – усмехнулась Блисс. – Но я не собираюсь одалживать их тебе. Я же сказала, что у меня есть к тебе деловое предложение. Итак, я предлагаю обмен: твое имя против моих денег. Мой ребенок должен родиться в законном браке, и ты дашь ему свое имя. При этом нам вовсе не обязательно жить вместе. Я, например, предпочла бы остаться в этом доме вдвоем с моим малышом. А ты живи где хочешь. И с кем хочешь, – поспешно добавила Блисс. – Только делай это по возможности незаметно: лишние сплетни мне не нужны. А так – живи свободно и пользуйся моими деньгами.