— Я здесь, — послышался вдруг спокойный и тихий голос Томаса. — Не волнуйтесь, все хорошо. Это пройдет, как только вы окажетесь на сцене.

— Откуда вы знаете это? — срывающимся голосом спросила Полли, отчаянно стараясь поверить ему.

— Не вы одна прошли через это, — просто ответил Киллигрэ. — Я буду рядом. Если почувствуете себя неуверенно, взгляните на меня.

В эту минуту прозвучала ключевая фраза, означавшая ее выход, и Полли шагнула из-за кулис на сцену. Она не слышала шума аплодисментов, приветствовавших ее появление, и не заметила необычной тишины, воцарившейся в зале, когда она произнесла первые слова своей роли. Эта благоговейная тишина длилась еще несколько долгих минут, пока не взорвалась оглушительным смехом в ответ на остроумные реплики, живость и кокетство главной героини. Веселость Полли была столь очевидной, что легко передавалась и другим актерам, и зрителям. За игрой ее следили затаив дыхание. Никому и в голову не приходило встать со своего места, как это обычно бывало, или затеять постороннюю беседу, почти не глядя на сцену.

Николас сидел неподвижно, испытывая целую гамму чувств, среди коих и гордость, и удовлетворение, и радость любовника, и, ко всему прочему, ревность. Этим вечером Полли была не с ним. Она принадлежала каждому сидевшему в этом зале. Ее поразительная красота, чувственность, озорная призывность взглядов, обворожительный голос — все было обращено к зрителям.

До того момента когда Полли вышла на сцену, Николас думал о ней как о своем творении. Но это было не так. Полли оказалась вполне самостоятельной личностью, исполнившей самой себе данные обещания.

Джордж Виллерс, который также присутствовал в зале, не отрываясь смотрел на сцену. Он тщетно пытался разыскать эту девушку, а она между тем была здесь, в Мерфилде, надежно укрытая под крылом Томаса Киллигрэ. Конечно, управляющий королевским театром был непревзойденным мастером своего дела. Он прекрасно знал, какой подарок готовит. И что за блестящий ход — представить актрису в этой мрачноватой дыре скучающим придворным, которые бросились в Мерфилд от приевшегося комфорта в поисках чего-нибудь необычного!

И все-таки кто она? Он слышал, как девушка бранила кучера со всем красноречием уличной замарашки, а потом обратилась к нему с самой изысканной и мягкой речью, приличествующей воспитанной леди. Безусловно, она была актрисой, и этим многое объяснялось. Однако почему же тогда она убежала от него? Молодая женщина должна была быть польщена вниманием богатого и знатного человека. Теперь, конечно, все это нетрудно будет узнать. Она перестала скрываться, приняв молчаливо вызов, брошенный ей самой судьбой.

– Прежде чем мы отправимся сегодня во дворец, я хотел бы услышать от тебя обещание, что ты не устроишь больше никаких скандалов.

Николас выразительно посмотрел на Полли, сидевшую у зеркала.

— Если вы не станете флиртовать с накрашенными леди, то, понятно, у меня не будет оснований для возмущения, — ответила она, с вызовом глядя на Ника.

Он вздохнул.

— Невинный флирт — вполне обычный способ времяпрепровождения в Уайтхолле, — заявил лорд Кинкейд в свое оправдание. — Между прочим, там достаточно приятных кавалеров, чтобы и ты не скучала. Единственное, чего совсем не надо делать, — это налетать на меня словно фурия и требовать, чтобы я вез тебя домой.

— Но ведь только так и можно остановить вас! И прекратить флирт с этой… О, я даже не могу подобрать для нее подходящего слова! — с отвращением проговорила Полли и добавила, вспомнив вчерашнюю свою обиду: — Как бы то ни было, а вы все-таки не отвезли меня домой!

— Конечно, нет. Если бы я подчинился такому в высшей степени абсурдному требованию, то выставил бы нас обоих в довольно смешном свете.

— А зачем вы сказали мне таким скучающим тоном, чтобы я подыскала себе другую свиту взамен вас, так как у вашей светлости, мол, найдутся более приятные дела, чем сопровождать меня повсюду? — огрызнулась Полли, глядя в зеркало. — Ничего не скажешь, весьма приятное времяпрепровождение — пялиться на эту… — Девушка махнула рукой, стараясь жестом возместить недостаток слов. — Постыдились бы, милорд, затевать столь возмутительный флирт! — Она в отчаянии сжала руки. — А что, если и я займусь подобными делами?

Спустя мгновение Полли воспроизвела подслушанную ею реплику Ника:

— «Мадам, как чудесно проходит время, когда рядом столь очаровательное создание!»

— Ах ты, маленькая скандалистка! Неужели я говорил таким голосом?

— Да, так показалось мне со стороны, — ответила Полли, поправляя кружева в вырезе платья. — Звучит это, прямо скажем, смехотворно.

— Почему же тогда ты так разбушевалась?

— Ничего подобного! Я просто хотела, чтобы вы отвезли меня домой!

— Ну все, кончаем нашу перепалку! — произнес решительно Николас. — Но то, что было, не должно повториться, тебе понятно? В Уайтхолле пусть каждый из нас развлекается самостоятельно. Я не стану следить за тобой, но и уж ты, пожалуйста, не мешай мне. В среду было первое твое посещение дворца, и поэтому тебе простили вопиющую невоспитанность, но в следующий раз этого не случится. Запомнила, детка?

Полли закусила губы.

— Я не хочу больше говорить об этом, — сказала она. — Ричард, между прочим, поступил ужасно. Затащил меня в комнату, полную старых леди, а потом представил своей тетушке, и я целых два часа не могла никак оттуда вырваться! Чуть не умерла от скуки!