— Ролоф, из рода Ондакса, — сказал мужчина, поднимаясь из-за стола, стоящего у стены.

— Клан Гри! — крикнул другой.

Это восклицание вызвало сердитый ропот недовольства.

Ролоф презрительно огляделся по сторонам. Сидящие рядом с ним люди поднялись, сжимая рукоятки мечей.

— Да, — повторил он. — Ролоф из рода Ондакса, клан Гри.

— Валдемар! — воскликнул коренастый мужчина с противоположной стороны комнаты, тоже вставая в окружении вооруженных воинов. — Валдемар из рода Албериха, клан Тири!

Эти слова тоже вызвали взрыв недовольства, подобный отдаленному раскату грома.

— Лучше выберем Гундара! — кричали воины.

— Да! — подхватывали другие.

— Клан Они!

— Нет! Нет! — злобно отзывались другие голоса.

Присутствующие повернули головы к белобрысому мужчине с заплетенными волосами. Он встал.

— Гундар! — звучно произнес он. — Из рода Аза, клан Они!

— Нет! — перебил его, вскакивая, другой мужчина. — Я, Гартнар, сын Тасаха, сына Сала, потомок клана Рени!

— Гелерих! — называл себя другой, худощавый и подвижный воин. — Из рода Пертинакса, клан Орти!

— Астаракс! — перебивал его третий. — Род Фендаша, клан Ени!

— У каждого из вас есть борцы? — спросил Урта.

Ему молча кивнули все воины. По правую руку от каждого сидел угрюмый, мощный борец с висящим на руке шлемом. Некоторыми из них были бедные, но искусные в бою родичи кланов, в других случаях их заменяли наемники.

— Шесть кланов решились вступить в бой за трон, — объявил Урта. — А как же остальные кланы?

Никто не ответил ему, из-за столов больше никто не поднимался.

— Это кланы трусов! — крикнул кто-то.

— Нет! — возмутились воины.

— Молчите! — приказал Урта. — Разве нет борца за Ульриха, сына Эммериха?

— Нет, — покачал головой Ульрих.

— Разве клан Элби, к которому принадлежит Ульрих, первый из кланов отунгов, первого племени народа вандалов, не выставит борца? — допытывался Урта.

— У клана Элби нет борцов, — возразил Ульрих. За столами поднялся ропот разочарования.

— Что случилось с кланом Элби? — спросил кто-то.

— Что стало с кланом прославленного Гензерикса?

— Выставляйте борца! — потребовал один из воинов.

— Нет, — отказался Ульрих.

— Они трусы! — насмешливо произнес кто-то.

— Не наноси оскорблений, которые можно смыть только кровью, — предупредил Ульрих.

— Простите меня, господин, — быстро произнес тот, кто сказал про трусов.

— Считай, что я ничего не слышал.

— Ничего не было сказано.

— Только беспокойство за клан Элби и отунгов заставило его произнести эти слова, — вставил мужчина со шрамом на лице.

— Какие слова? — переспросил Ульрих.

— Которые вы не слышали, — поспешил сказать человек со шрамом.

— Вопрос уже решен, — подытожил Ульрих.

— Итак, на трон претендуют шесть кланов, — провозгласил Урта. Он огляделся. — Нет ли здесь кланов, согласных уступить?

— Нет, — сказали по очереди все поднявшиеся воины.

— Я призываю вас уступить место добровольно сильнейшему среди вас, — произнес Урта.

— Нет, — оглядевшись, сказал Ролоф.

— Никто никому не будет уступать, — фыркнул Гелерих.

— Если это спор, то пусть его решат мечи, — заключил Валдемар.

— Да! — закричали воины.

— Пусть посмеется сталь!

— Да! — согласно подхватили все. Женщины тихо заплакали.

— Я хочу, чтобы все знали, что в бою могут участвовать только претенденты или их борцы, — объявил Урта.

Мужчины сердито потупились.

— Понятно, — нехотя ответил Валдемар. Другие претенденты пробормотали то же в знак согласия.

Среди их союзников поднялся ропот, они обменивались мрачными, подозрительными взглядами.

— Я подготовил жребий, чтобы решить порядок поединков, — сказал Урта.

— Начинай! — потребовал Ролоф.

— Начинай, — подхватил Валдемар.

— Пришло время тянуть жребий, — объявил Урта.

— Скорее! — крикнул ему Гундар.

— Каждый из вас претендует на долю героя? — спросил Урта, по очереди глядя на всех воинов.

— Да, — сказал Ролоф.

— Да, — сказал Валдемар.

— Да, — сказал Гундар.

— Да, — сказал Гартнар.

— Да, — сказал Гелерих.

— Да, — сказал Астаракс.