В клубное здание вошел Виктор:

— Эй, Мерк рассказал мне, что случилось. Сочувствую; я могу чем-нибудь помочь?

— Вряд ли. Я внес залог и свободен, пока не завертится судебный процесс.

— Что говорит твой адвокат, какие у тебя шансы?

— Он не слишком много мне говорит, советует только не волноваться. Сам бы попробовал это сделать.

— Он, однако, прав: тебе нужно будет как-то пройти через это, а лишние тревоги этому не помогут, — сказал Виктор. — Ну, мои калеки уже собрались на корте. Дай мне знать, если я смогу чем-нибудь помочь тебе, — я серьезно говорю, помогу, чем только смогу.

— Спасибо, Виктор.

Чак взял ракетку и пошел на корт. Он обратил внимание, что, хотя Мерк не мог не слышать слов Виктора, сам он никакой помощи не предложил. В конце дня Виктор подошел к Чаку.

— Могу я угостить тебя пивом, старик? — сказал он.

— Знаешь, что я тебе скажу? Мэг вернулась, почему бы тебе не заглянуть к нам на яхту к ужину? Ты можешь принести вина и прийти с девушкой, если сумеешь себе найти какую-нибудь.

— Буду очень рад, и я принесу вина, только вот насчет девушки немного поздновато.

— Ну тогда проведешь вечер с нами, — сказал Чак. — В семь годится?

— Значит, в семь, — ответил Виктор. — Красного или белого?

— И того и другого, зачем рисковать?

В семь вечера Виктор постучал о корпус «Срыва» бутылкой вина.

— Готовьтесь к абордажу! — закричал он.

— Ты принес вина? — крикнул из каюты Чак.

— Ага.

— Тогда давай на борт.

Они втроем поужинали макаронами и свиными отбивными, и обе бутылки вина были выпиты, как и было запланировано.

— Что Мерк сказал тебе? — спросил Виктор, осушая остатки красного вина.

— Не слишком много: его, похоже, больше всего волновало, чтобы клиенты не узнали о моем аресте.

— Ну он же владелец, и это его бизнес, — заметил Виктор, — тогда как нам с тобой достаточно просто приходить вовремя на работу, и только.

Мэг отыскала еще одну бутылка вина и снова наполнила стаканы.

— Мне кажется, Мерк просто дерьмо.

— Он не так уж и плох, — сказал Виктор.

— Ох, Виктор, — сказал Чак, — ты просто никогда не можешь плохо отозваться ни о ком.

— Ну, во всяком случае, пока этот человек находится где-то поблизости. Мерк вполне сносно вел себя по отношению ко мне, и теперь я уже достаточно хорошо его знаю.

Чак подвинул к себе еще один стакан вина. Напряжение последних ужасных двадцати четырех часов покидало его, и он чувствовал себя раскованно.

— Могу поспорить, я знаю о Мерке кое-что такое, чего не знаешь ты, — сказал Чак.

— Представить себе не могу такого, — улыбнулся Виктор. — В конце концов, я здесь уже пару лет, а ты здесь новичок.

— И тем не менее, — ответил Чак.

— У тебя есть бренди? — спросил Виктор.

— Ты не могла бы налить немного коньяку, Мэг? Чего-нибудь дешевого, это для Виктора.

Мэг поставила на стол бутылку «кервуазье» и три стакана и налила всем по хорошему глотку.

— Итак, Чак Чэндлер, — сказал Виктор, — что же ты можешь знать про Мерка такого, чего не знаю я? Ты что, спал с ним?

— Вряд ли, — сказала Мэг, положив голову на плечо Чаку. — Я отнимала все его время и силы.

— Ты как-то рассказал мне, что бывшая жена Мерка обобрала его дочиста, — Чак сделал изрядный глоток бренди.

— Я тебе говорил это, и так оно и есть, — сказал Виктор.

— А ты знаешь, кто эта его бывшая жена, теперешняя владелица его добра?

Виктор моргнул и отхлебнул немного бренди.

— Это было до того, как он перебрался в Ки-Уэст, — сказал он. — Прежде, чем я завоевал его доверие. Какая-то дамочка в другой части света.

Чак медленно покачал головой.

— Не-а, — сказал он, улыбаясь. Он опять отхлебнул из своего стакана.

— Что «не-а»? — спросил Виктор с полузакрытыми глазами. — Боже мой, это отличный коньяк.

— Я привезла его с Багамских островов, — сказала Мэг. — Он там продается свободно и беспошлинно.

— Свобода — это все, — сказал Виктор. — Ячто-то говорил?

— Нет, — ответил Чак.

— Да, я говорил, только не припомню о чем.