— Что, черт побери, случилось, Чак? — спросил Мерк.

— Как я понял, ты читал газеты, — ответил Чак.

— Конечно, — сказал Виктор, — но что случилось на самом деле?

— В газете все сказано верно, — ответил Чак. — Они получили сведения от береговой охраны, наверное.

— А что насчет Клэр? — спросил Виктор. — С ней все в порядке?

— Преотлично.

— Рад это слышать, — улыбнувшись, сказал тот. — И подумать страшно, что что-то могло случиться с этим прекрасным телом.

— Ох, Виктор, ты бы заткнулся, а?

— Эй, послушай, муж теперь тебе больше не мешает, так что валяй, путь свободен, верно?

Тут вмешался Мерк:

— Довольно, Виктор. Чак, как я понимаю, ты с ней встречался?

— Не верь всему, что тебе говорят, Мерк, — ответил Чак. — Мои ученики уже пришли, мне нужно идти.

Он вышел из домика и увидел, что Билли ждет его, и не только он, а к тому же и его отец.

— Надеюсь, вы не против, — сказал папаша. — Мне просто захотелось посмотреть, как идут дела у Билли.

— Я не против, — сказал Чак. Он был слишком подавлен, чтобы возражать.

— Да, кстати, что там случилось на этой яхте?

— В газетах все верно описано, — ответил Чак. — Это все, что я могу об этом сказать. Давай, Билли, начнем разминаться.

Билли был в то утро в отличной форме, и когда Чак стал играть с ним на счет, юноша выиграл большинство подач. Когда они кончили играть, его отец помахал ему, чтобы он присел поговорить с ним.

— В чем дело? — спросил Чак.

— В этот уик-энд в Неаполе состоится один турнир, — сказал старший Таббс. — Мне бы хотелось, чтобы Билли участвовал в нем.

— Это же профессиональный турнир, — сказал Чак. — Не особенно важный, но тем не менее профессиональный.

— Я знаю об этом, — сказал Таббс.

— Слишком рано, — сказал Чак. — Кроме того, он тогда пропустит все оставшиеся соревнования его школьного сезона: они больше не позволят ему выступать в качестве любителя.

— Мы оба знаем, что он слишком хорош, чтобы играть со школьниками, — сказал Таббс. — Вы чудеса с ним сотворили; теперь пора посмотреть, как он играет в напряженной ситуации, насколько он хорош на самом деле.

Чак пожал плечами.

— Я не могу вас остановить, — сказал он.

— Послушай, Чак, мы хотим, чтобы ты был там с нами, — сказал Таббс. — Важно, чтобы ты видел, как Билли справляется с таким испытанием. Если, конечно, ты все еще хочешь тренировать его.

— Конечно, хочу.

— Тогда присоединяйся к нам. Я поговорю с Мерком, чтобы он отпустил тебя на этот уик-энд, и я, конечно, заплачу за все время поездки. Мы полетим на моем самолете — это займет всего полчаса.

Чак пожал плечами.

— Ладно, пусть будет по-вашему. — Сегодня ему все было до лампочки.

Томми Скалли сидел напротив лаборантки и старался разглядеть, что эта женщина печатает на бланке отчета.

— Подождите, через минуту я закончу, — сказала она.

— Можете не спешить, — ответил Томми. — У меня в распоряжении весь день.

— А у меня нет.

Она напечатала еще несколько строк, вытащила бланк из машинки, всунула его в копировальное устройство и нажала несколько кнопок. Наконец она протянула один экземпляр Томми.

— Угарный газ, — сказала она.

Томми посмотрел на бланк. Там были три столбца цифр, озаглавленные «Воздух образца», «Сопутствующий воздух» и «Стандартная атмосфера».

— Что такое сопутствующий воздух? — спросил он.

— Из каждого баллона отбирались для анализа две пробы, — пояснила лаборантка. — Образец — это первый анализ, сопутствующий воздух — это второй анализ. Результаты выражены в объемных частях на миллион. Правый столбец, стандартная атмосфера — это то, что содержится в обычном, нормальном воздухе, то, что вы бы обнаружили в сжатом воздухе из чистого источника. Во всех трех баллонах имеется много окиси углерода, двуокиси углерода и метана. В этих двух баллонах, красном и желтом, более двух тысяч пятисот объемных частей на миллион. В нормальном воздухе содержится десять частей этих газов на миллион.