– За машиной вашей жены никто, кроме меня, не следовал, - продолжал охранник.
– Мы обнаружили оба автомобиля, которые были использованы для нападения; один остался на месте преступления, второй - рядом с Балтиморским аэродромом. Обе машины были взяты напрокат в Балтиморе сегодня утром еще до того, как миссис Гордон села на самолет, вылетающий в Вашингтон. Это была засада, Алекс.

Думая о маленьком сыне, Алекс с трудом понимал, о чем ему толкует агент. Он попросил повторить, но только когда Бэбкок принялся рассказывать все с самого начала в третий раз, он уловил страшный смысл его слов.

– Подожди, - перебил он и, оставив трубку на столе, вернулся в коридор. Клаудия стояла там, где он ее оставил, с рассеянным видом потягивая из стакана остывший кофе.

– Клаудия, - сказал Алекс, - прости, что я спрашиваю тебя об этом сейчас, но мне очень нужно это знать. Как вы оказались на Балтиморском шоссе?

– Какое это теперь имеет значение?
– спросила Клаудия, не глядя в его сторону.

– Это важно. Мы должны найти напавших на вас людей.

Клаудия повернулась к нему, на лице ее застыло подавленное выражение.

– Я хотела побыть с детьми, одна...
– начала Клаудия неуверенно, затем рассказала о своей идее провести выходные на берегах Чесапикского залива.

– Кто еще знал о твоих планах?

Она нахмурилась.

– Что ты хочешь сказать? Никто не знал.

– Никто?

Клаудия внезапно побледнела.

– Никто, только Робин... Он помогал мне все это спланировать. Ты что, снова пытаешься...

– Робин - это твой друг?
– спросил Алекс. Даже сейчас он не мог произнести слово "любовник".

– Как его фамилия?

– Уэстлейк, но что...
– она схватила его за руку.
– Что происходит, Алекс?

– Идем со мной, - позвал он ее.

Клаудия заколебалась, с болью глядя в направлении дверей операционной, затем послушно побрела за Алексом к маленькой комнатке сестры.

– Бэбкок? Срочно проверь, кто такой Робин Уэстлейк...
– Он помолчал. Да-да, ты прав...

Он повернулся к Клаудии.

– У него не американская фамилия.

– Он - англичанин, - ответила она скованно.

– Адрес?
– спросил Алекс, с трудом подавляя приступ ревности.

Клаудия помолчала, затем неохотно продиктовала адрес в Верхнем Ист-Савде и номер телефона.

Алекс повторил эту информацию для Бэбкока.

– Он англичанин, - добавил Алекс, - так что справься в иммиграционной службе и перезвони, о'кей?

Он положил трубку на рычаги и повернулся к Клаудии.

– Что все это значит?
– устало спросила она.
– Ты что, подозреваешь Робина?

Алекс нежно обнял ее за плечи.

– Поверь мне, Клаудия, я молю бога, чтобы твой Робин не имел к этому никакого отношения, потому что, если он замешан в это дело, я никогда не прощу себе...

Он выпустил Клаудию и оперся на подоконник, прислонившись лбом к холодному оконному стеклу. Он в самом деле надеялся, что любовник Клаудии не вовлечен в этот заговор. Алекс горько винил себя в том, что не поинтересовался его персоной раньше; глупая гордость помешала ему сделать это, гордость и сознание того, что он будет таскаться за счастливым соперником по улицам Нью-Йорка. Правда, он боялся и того, что Клаудия обвинит его во вмешательстве в ее частную жизнь. И все же теперь, когда все встало на свои места или почти встало, он понимал, что именно таким мог быть план Дмитрия: сначала любовник для Клаудии, затем провокация против нее и детей.

Бэбкок позвонил Алексу час спустя. На этот раз Клаудия была рядом с ним, терпеливо ожидая, каким будет приговор.

Результаты расследования Бэбкока действительно были неутешительными. Робина Уэстлейка не оказалось дома, а обыск в его апартаментах показал, что отсутствуют туалетные принадлежности и кое-что из вещей. Швейцар видел, как мистер Уэстлейк вышел из здания с чемоданом в руке и сел в такси до аэропорта. Все это произошло чуть позже шести часов. Иммиграционная служба сообщала, что Робин Уэстлейк с паспортом гражданина Соединенного Королевства №47592845 вылетел из Соединенных Штатов в Лондон рейсом авиакомпании ТВА. Билет для него был заказан четырьмя днями раньше.

Клаудия стояла совершенно неподвижно, и ее лицо было белым как мел. Положив трубку, Алекс шагнул к ней, но она отвернулась и выбежала прочь. Ее шаги эхом отдались в длинном пустом коридоре. Алекс побежал за ней, на мгновение потеряв Клаудию из вида в ярко освещенном тамбуре, и только потом заметил ее фигуру на стоянке около госпиталя.

Он догнал ее только, когда она остановилась, неглубоко и часто дыша, у ограды автостоянки. Клаудия словно обезумела от горя; она растерянно оглядывалась по сторонам и мелко дрожала.