Вероника, не глядя на Полищука, встала и, наклонив голову, пошла к выходу. Двое других чуть расступились, пропуская ее, и вновь привалились спинами к дверному косяку, а первый сел на краешек дивана и сказал, вполне дружелюбно глядя на слегка напрягшегося Полищука:

– Добрый вечер, господин Полищук.

– И вам того же, господин Грейцер, - не менее миролюбиво ответил

сыщик, ощущая в груди знакомый холодок азарта: игра началась!

Все трое были ему знакомы. Борис Иосифович Грейцер был исполнительным директором системы "Сивилла" и совсем недавно любезно показывал помещения на предмет их пожарной безопасности. Одного из сопровождающих Полищук тогда же видел в приемной; судя по бицепсам и приплюснутому носу, он служил в "Сивилле" кем-то вроде чиновника для особых поручений. А вот третьего из делегации Полищук знал отнюдь не по "Сивилле". Третий был сотрудником региональной службы внутренних дел и его присутствие в этой комнате могло означать одно: у "Асклепия" есть связи и в этой, так сказать, отрасли народного хозяйства.

– Вот и прекрасно, - все так же добродушно сказал Грейцер.
– Будем считать, что с вступительной частью покончено и можно переходить к делу. Мы ведь деловые люди, господин Полищук, не правда ли? Только сферы деятельности у нас разные. Надеюсь, вы не будете палить в нас из своей ручки? Что-то "брассисты" последнее время часто палят. Видно, нервы.

"Ого!
– подумал Полищук.
– Какая же это сука их так здорово информирует?"

– Палить не буду, - ответил он, но ручку из куртки не вынул.
– У меня с нервами пока проблем нет. Готов поговорить о деле. Собственно, ради этого сюда и ехал.

Грейцер посмотрел на бамбуковую занавеску и лукаво прищурился. На автостоянке, в "Таврии" и "мерседесе" Второго работали магнитофоны, записывая разговор.

– Значит, о деле.
– Грейцер сел поудобнее, одернул пиджак.
– Мы учитывали вероятность того, что когда-нибудь к предсказаниям нашей "Сивиллы" проявят не устраивающий нас интерес работники сыскных структур. Особенно частных сыскных структур, потому что, - Грейцер с усмешкой посмотрел на подпирающего косяк сотрудника СВД, - государственные структуры интереса к таким делам почему-то не проявляют. Я говорю "мы", так как уполномочен вести переговоры от имени... э-э... скажем так, руководства. Итак, чтобы не затягивать разговор - у вас ведь, кажется, есть тут и другие дела, да и у нас забот хватает, - сразу вношу конкретное предложение: сто тысяч гривен наличными прямо сейчас - и вы, господин Полищук, закрываете дело. Из-за отсутствии состава преступления. Знание тонкостей торсионного поля действительно позволяет нам предсказать время смерти любого желающего его узнать. Без всякого криминала. Вас устраивают наши условия?

Полищук почувствовал, что ему становится жарко в тонкой куртке. Сто тысяч - весьма приличная сумма. Весьма...

– А дело, конечно же, не в поле...
– медленно сказал он, оттягивая время.

– Это вас ни в коей мере не должно волновать, господин Полищук. Грейцер вежливо улыбнулся, блеснув золотыми коронками.
– Дабы не вводить вас в искушение, сразу отмечу: мы по ошибке забрались в вашу "Таврию" - это ведь ваша серая лошадка стоит там, на стоянке?
– и случайно выключили оба магнитофона. Даже тот, что спрятан под задним сиденьем.

Полищук стиснул зубы. Оставалась надежда только на Второго.

– Где гарантии?
– угрюмо спросил он, глядя на улыбающегося исполнительного директора.
– Я закрываю дело, а через неделю с успехом гибну в катастрофе. Или проваливаюсь в канализационный люк. Вы ведь знаете - у нас много открытых люков.

– Резонно.
– Грейцер поднял палец, потом доверительно подался к сыщику.
– Откровенно говоря, проще всего было бы вас ликвидировать. Действительно - спустить в канализацию. Но, - вновь взметнул он палец, самое простое решение не всегда самое верное, согласны? Этим делом займется кто-то другой, уже с определенным предубеждением, так что же - и его убирать? Не-ет, экономически гораздо более выгодно и дешево дать вам взятку - назовем вещи своими именами, - а вы не только закроете дело, но будете работать и с другими подобными заявлениями. Если они поступят. И добиваться того же, удобного для нас результата.

– Катастрофу можно устроить и через год, - заметил Полищук и полез в карман за сигаретами, заставив насторожиться застывших у двери членов делегации.

– Какими-то кровожадными вы нас считаете, господин Полищук, ей-Богу.
– Грейцер поморщился.
– Вредно смотреть плохие фильмы. Уверен, что за сто тысяч вы и так будете молчать. Наконец, есть элементарный прием защиты: если вы уж так нам не доверяете - что мешает вам отдать на сохранение в банк соответствующее письмецо, с условием вскрыть после вашей кончины? А там-то вы уж все про нас и распишете.
– Грейцер рассмеялся, вновь сверкнув золотыми россыпями.
– Да мы, напротив, оберегать будем вашу жизнь, господин Полищук!

"Логично, - подумал Полищук.
– Вполне логично".

– В делах с партнерами мы не допускаем обмана, - заверил внимательно наблюдающий за ним Грейцер, для убедительности прижав руки к лацканам пиджака.
– Вы ничем не рискуете. В конце концов, это нормальная сделка: мы платим вам больше, чем платит клиент, обратившийся к вам за помощью, поэтому вы вправе выбрать то, что более выгодно для вас. Арифметика бизнеса.

Некоторое время Полищук молча курил и размышлял. Арифметика бизнеса... Содрать с них сто тысяч... нет, сто пятьдесят... Поделиться со Славиком, а кассету, которая "пишется" сейчас в "мерсе", действительно положить в банк... на случай смерти... Нет, не так, после смерти-то ему будет уже все равно - вывели или нет "Сивиллу" на чистую воду. Тем более, ребята они не простые: письмо, видишь ли, напиши! Да они, в случае чего, пытками заставят забрать из банка и письмо, и кассету, а потом все равно устроят катастрофу - да такую, что и не подкопаешься. Менты у них тоже схвачены... Самое верное - содрать с них деньги, кассету Славика приобщить к делу и отправить мерзавцев под расстрельную пулю. Всех. А самому на всякий случай сменить место жительства - благо, ничто не держит, а телок хороших всюду хватает. И при деньгах остаться. При хороших деньгах. Другого варианта быть не может.

– Двести тысяч, - твердо сказал он и ткнул окурок в пепельницу. Арифметика бизнеса.

Грейцер поднял брови и забарабанил пальцами по столу, а ребята у двери уважительно засопели.

– Та-ак.
– Исполнительный директор поправил галстук.
– Костя, принеси, пожалуйста. И пригласи Рихарда.

Чиновник для особых поручений мгновенно исчез за дверью.

"Убивать собираются, что ли?
– Полищук покосился на слегка поблекшего Грейцера.
– Ну тебя-то, падлу, я при любом раскладе достану, а лоджия за спиной - посмотрим..."