– Но ведь ты говорил, что любишь меня?

– Надо верить ни словам, а поступкам. Вчера я назвал Боба Гуськова аборигеном Экваториальной Африки. Ты думаешь кто-нибудь этому поверил? Увы. Даже сам Гуськов не поверил. Так что, к словам надо относиться исключительно индифферентно. Порой они преследуют далеко не лучшие цели.

– Ну и сволочь же ты, Орлов!
– бросила ему в лицо Нина, и, резко повернувшись, ушла.

Сейчас Григорий был полностью с ней согласен.

Вскоре после этого объяснения, Нина бросила университет. О её дальнейшей судьбе ему не было ничего известно. Теперь ему дали возможность не только это узнать, но и самому все увидеть.

Нина спуталась с компанией наркоманов и стала законченной наркоманкой. На наркотики нужны были большие деньги и она стала торговать собой. Через несколько лет, когда наркотики сделали свое дело и она перестала пользоваться спросом мужчин, она повесилась.

– Он мой!
– вскричал дьявол, вскакивая.
– Прошу, Высокий совет, обратить внимание с какой легкостью, издевательской самонадеянностью, с каким цинизмом этот, с позволения сказать, человек отказывает бедной девушке в её желании стать матерью, обрести семью. Он ведь откровенно над ней насмехался! Разве могла её неокрепшая душа снести подобный удар? Григорий Орлов повинен в её смерти и заслуживает, как минимум, пятого уровня жизни.
– Дьявол сел в кресло, раскурил потухшую трубку.

– Григорий Александрович, что вы скажате на обвинение дьявола? спросил Орлова председательствующий.

– Мне нечего сказать, - глухо ответил Григорий, потрясенный страшной судьбой Нины Кузнецовой.

– А что скажет нам Бог?
– обратился председательствующий к Иисусу.

Тот медленно встал, откашлялся, смущенно проговорил:

– Я не согласен с дьяволом и не вижу причинной связи между поступком Григория Александровича и смертью этой девушки. Согласен, что поступок этот его не украшает. Но... Я думаю, что он заслуживает прощения.

– Ну конечно же, - саркастически рассмеялся дьявол.
– Ты лучше скажи, сердобольный ты наш, кого ты когда-нибудь не простил? Ты даже меня простил.

– Слаб человек перед кознями сатаны и заслуживает сочувствия и прощения, - смиренно сказал Иисус.

– А ещё говорят, что я самый страшный человек в Солнечной системе?! театрально воздев руки, проговорил сатана.
– Самый страшный человек - этот вот Сладенький.

– Господин дьявол, извольте вести себя прилично!
– строго одернул его председательствующий.

– Извините. Я больше не буду, - будто нашкодивший школьник ответил сатана.

– В таком случае, продолжим,

И на экране вновь замелькали кадры жизни Орлова. Окончание университета. Военкомат. Школа сержантов. Чечня. Кровопролитный бой под Шатоем. Но вот изображение замедлилось и он увидел знакомое ущелье. Орлову стало откровенно страшно. Сколько раз это ущелье снилось ему в жутких кошмарах, и ему приходилось раз за разом переживать случившееся здесь. И вот теперь ему предстояло ещё раз пережить этот позор. Поступил приказ их роте передислоцироваться в район Ведено для помощи десантникам. Ранним утром на двух БТРах и БМП они отправились в путь. Через час они вошли в ущелье и напоролись на засаду боевиков. Орлов с ребятами из своего взвода ехал на первом БТРе, который и был подбит первым из гранатомета. Григорий вместе с другими бойцами выскочил из бронетранспартера. Они попали под кинжальных огонь "Калашниковых", бивших с трех ближних сопок. Орлов никогда не считал себя трусом и не раз это доказывал. А здесь испытал прямо-таки паничаский ужас, прижавший его к земле. Ни о каком сопротивлении бандитам даже мысли не было. Совсем близко разорвалась граната. Послышался вскрик, стон и все стихло. По голосу Григорий понял, что это командир взвода лейтенант Володя Грицук. Володя поступил в военное училище из деревни, был на три года младше Орлова и откровенно пасовал перед ученостью своего замкомвзвода и его едкими шутками.

"Убило!" - в страхе подумал Григорий, ещё плотнее прижимаясь к земле. Но Грицук лишь потерял сознание от болевого шока. Через какое-то время вновь послышался стон и его голос:

– Ребята, помогите! Мне ногу оторвало.

Орлов находился ближе всех к командиру, но от страха даже не смог оторвать головы и притворился раненным.

– Ребята, помогите!
– плакал и умолял Володя.

Григорий тоже плакал и жрал землю от бессилия преодолеть свой страх. А потом его действительно ранило в бедро. Помощь подоспела через двадцать минут. Это спасло многих, в том числе и его, Орлова. Володя Грицук умер от кровопотери. И Григорий понимал - окажи он тогда ему помощь, наложи жгут, Володя был бы жив. Как не крути, а он, именно он повинен в смерти этого замечательного парня. Как стыдно! Как нестерпимо стыдно и больно это осознавать!

Изображение остановилось.

– Что скажите, Григорий Александрович?
– спросил председательствующий.

С трудом проглотив застрявший в горле твердый ком Орлов ответил:

– Я очень виноват.

– И вам нечего к этому добавить?

– Нет. Я заслуживаю самого серьезного наказания за этот поступок.

– Ясно. А что скажет дьявол?

– А что тут говорить, - презрительно фыркнул дьявол, вставая. Высокий Совет собственными глазами видел все это безобразие. Этот фанфарон лишь с беззащитными девушками "герой", а как доходит до настоящего мужского дела, вмиг превращаетеся в слизняка и последнее ничтожество. Он заслуживает пятого уровня жизни. Кажется, он сам это сознает.

Председательствующий повервнулся к Иисусу.

– Бог?

Иисус встал и довольно уверено сказал:

– Я вообще не вижу здесь никакой вины Григория Александровича. Кто мне скажет, что никогда в жизни не испытывал минутную слабость, страх от которого стынут черсла? Смею утверждать, что таких людей нет. То, что Григорий Александрович смелый человек - он доказал всей своей жизнью. Но минутная слабость бывает и у смелых людей. Тем более, что он уже себя за неё не единожды казнил. У меня все.
– Иисус сел. Наступила долгая пауза.