– Отсюда что же, невозможно выбраться?

– Только на тот свет, - ответил печально Березин.

– А если бросить в прорыв первый барак? Эти фанатики согласятся на что угодно.

– Во-первых, Гриша, это не совсем гуманно, и совсем не этично. Они все же люди, да к тому же больные. А во-вторых, это ничего не даст. Преодолеть три забора, два из которых под напряжением в 380 вольт, невозможно.

– А подкоп?
– спросил Орлов Григорьева.
– Подкоп пробовали?

Тот покачал головой.

– Бесполезно. Вся территория находится как бы в бетонном коробе. Чтобы сделать подкоп, нужен, как минимум отбойный молоток.

– Да, утешили вы меня, нечего сказать, - окончательно скис Григорий. Шутить сразу расхотелось.

– Ложись, Гриша, отдохни, - предложил Березин. Повернулся к собравшимся.
– Расходитесь, друзья мои. Кина больше не будет. Дайте человеку отдохнуть.

А Орлов вдруг действительно ощутил страшную усталось. Ни слова ни говоря, забрался на нары, уткнулся головой в твердую и влажную подушку и сразу отключился.

10. Главврач Сиюминутов.

Бывший пожарник Илья Ильич Сиюминутов был назначен на должность главного врача сумасшедшего дома полгода назад. Поначалу он откровенно оробел от свалившейся на него ответственности. Но немного поразмыслив, успокоился. Ну и что, что в этом деле он, как говорится, ни уха, ни рыла. Ничего страшного. Ведь и пожары тушить он раньше не умел. Научился же. И здесь научится. А уже через пару месяцев лишний раз убедился в своей правоте. Более того, новая должность во всех отношениях была предпочтительней прежней. Там нет-нет, а пожары случались. А тут никаких тебе пожаров. Куклявые охранники и санитары дело свое знали. Побег из сумасшедшего дома был исключен ещё при его строительстве. А лечение психов? Пара таблеток психотропного на ночь - для этого особых знаний не нужно. Так что Илья Ильич был очень доволен своей новой должностью.

Вчера утром ему позвонил сам премьер-министр и сказал, что к ним доставят шпиона Остального мира.

– Того самого?
– решил уточнить Сиюминутов, но очень скоро об этом пожалел. Премьер Грязнов-Водкин был не в духе.

– Ты что, кретин, издеваешься, так-перетак!
– взревел он.
– Какой ещё тот самый? У нас что, шпионы табунами по городу ходят?!

– Извините, Ваше Высокопревосходительство!
– пролепетал Илья Ильич. Я как-то, действительно, ни того. Извините!

– Поместишь его к политическим. К коммунякам этим сраным. Понял?

– Но ведь они его того... этого, - робко сказал Сиюминутов.

– Вот именно. Но это уже не наша забота. Правильно?

– Как прикажите, Ваше Высокопревосходительство! Исполним в лучшем виде. Не сомневайтесь.

Шпиона привезли после обеда. Сиюминутов, сгораемый любопытством, сам вышел его встречать. Но внешний вид шпиона явно разочаровал главврача. Даже не верилось, что вот этот высокий блондин с простоватым симпатичным лицом совершил все те подвиги, о которых ходили легенды в городе.

"Выдумки все это", - лениво подумал Сиюминутов, отворачиваясь и теряя всякий интерес к шпиону.

– Будьте любезны, в первый барак его, - дал он указание начальнику конвоя.

Глаза у того округлились от удивления. Однако, его программой не были предусмотрены сомнения в правильности приказов начальства. Поэтому, он прищелкнул каблуками и прокричал:

– Слушаюсь!

Сиюминутов стал ждать дальнейшего развития событий. Участь шпиона была практически предопределена. Пациенты первого барака каким-то непостижимым образом, почти что звериным чутьем выявляли чужака. Илья Ильич знал, каких трудов прежнему главврачу стоило внедрить в их среду агента. Первые два были казнены по приговору "ревтрибунала" психов. Пришлось выписывать из психолечебницы Остального мира старого агента по кличке Зять. Тот начинал свою деятельность ещё при Иосифе Виссарионовиче - активно выявлял врагов народа. За что был награжден золотой медалью ВДНХ и почетной грамотой за подписью самого "отца народов". Во времена "хрущевской оттепели" успешно стучал на диссидентов. А в период "застоя" разоблачал внутрипартийных функционеров, пачками отправляя их в сумасшедший дом. Но здесь его поджидала крупная неприятность. Он написал жалобу на ещё более заслуженного стукача и сам угодил в психиатрическую больницу, где из него по всем правилам науки сделали законченного психа. После этого он оттуда практически не вылазил. Зятя в первом бараке приняли за своего и он регулярно снабжал главрача информацией. Но наряду с правдивой информацией, он, по старой привычке, писал многочисленные доносы на своих товарищей по несчастью.

Через час после водворения шпиона в первый барак от Зятя поступило сообщение, что вновь прибывший Григорий Орлов после непродолжительного митинга, отстранил прежнего лидера Семена Ветрова и сам возглавил парторганизацию. Очень нелестно отзывался о правителях города и всего Остального мира. Ушел в другие бараки агитировать за создание в сумасшедшем доме широкой коммунистической оппозиции.

Сиюминутов был настолько ошеломлен этой информацией, что не смог в неё поверить. Послал стражника в первый барак проверить её достоверность. Тот вернулся обескураженным и долго не мог сообразить, с чего начать свой доклад.

– Ну что ж вы, голубчик, застыли как мадригал. (Илья Ильич любил употреблять слова, значение коих сам не знал) Шпион в бараке?
– не выдержал главврач.

– Нет, его там нет, - активно замотал головой стражник.

– А где он?

– Дак психи говорят, что ушел в какой-то почтовый ящик.

– В какой еще, я извиняюсь, почтовый ящик?!
– вскричал вне себя Илья Ильич.

– Дак не знаю. Кажный псих называет разный номер.

– Конспираторы, мать вашу!
– в сердцах выругался Сиюминутов, чего прежде никогда себе не позволял. Ему было столь необычно услышать от себя подобное, что он очень сконфузился. Теперь он воочию убедился, - насколько может быть обманчив внешний вид человека и насколько опасен и коварен шпион.