– Значица так. Вот по этой улице, - он лапой указал направление, пройдешь два квартала до пересечения с проспектом Сатаны. Повернешь налево. И по нему шпарь до упора. В конце увидишь пятиэтажку из красного кирпича. Постучишь в пятьдесят шестую квартиру. Понял?

– Понял. А кто там живет?

– Березин Роман Маркович. Думаю, что он тебе поможет.

"Неужто тот самый ученый, о котором говорил мне домовой?
– подумал Орлов, но на всякий случай спросил:

– Кто он такой?

– Когда-то был виднейшим ученым города. Но, когда нечистые прибрали науку к своим рукам, перешел в обыватели. Но только, подозреваю, что он лишь прикидывается обывателем.

– Почему ты так думаешь?

– С нами, обывателями, компанию не водит, на завалинках не сидит, семечки не лузгает, схоронился в квартире, как крот в норе. Что он там делает? То-то и оно! Я как-то даже хотел донос на него написать.

– Как же тебе не стыдно!

– Это наш патриотический долг. Но потом испугался - вдруг, окажусь не прав, тогда самого полиция затаскает. Словом, дуй прямо к нему, поможет.

– Спасибо тебе, Борис!

– Не за что, шпион, - весело ответил он и медленно побежал в обратную сторону.

Орлов споро зашагал по указанному адресу, так как совсем рассвело и на завалинках и скамейках уже появились первые обыватели. Бегущий человек вызвал бы у них подозрение и желание немедленно выполнить свой "патриотический" долг. Зачем же их искушать, правильно?

11. Первое испытание.

На следующий же день после трудного объяснения с Олей, Максим отправился в свой Великий путь. Он решил обойти все города и веси огромной Земли и донести слово Создателя до каждого человека. Максим прекрасно осознавал, какие трудности поджидают его впереди, каким испытаниям будет подвергнут и какие козни будет чинить ему дьявол, но был тверд в своем решении. Никто и ничто не помешает ему свершить дело, ради которого он и был рожден.

В два часа пополудни, когда баба Вера и баба Варя совершали свой ежедневный моцион - прогулки в близлежащем сквере, Максим написал им записку о том, что направлен для продолжения учебы с Соединенные Штаты и что подробно напишет обо все в письме, собрал свой походный рюкзак, положив в него пару сменного белья, свитер, булку хлеба, несколько банок тушенки, немного крупы, котелок и несколько таблеток сухого топлива, надел спортивный костюм, куртку и вышел из дома.

Свою Великую миссию он решил начать со своей области, с самых дальних её районов и отправился на автовокзал. Там он обратил внимание на старенький обшарпанный автобус, который мог прибыть лишь из самой что ни есть глубинки. Подошел. За рулем сидел могучего телосложения рыжий мужчина с черной повязкой на правом глазу. Несмотря на довольно прохладную весеннюю погоду водитель был в одной тельняшке.

– Скажите, пожалуйста, куда следует автобус?
– спросил его Максим.

– В город, - лаконично ответил водитель, не удостоив его даже взглядом.

Ответ несколько удивил и озадачил Максима. Он перебрал в памяти все города области, откуда мог заявится в областной центр подобный "динозаврик", но ни один из них недходил.

– А что за город?
– - решил уточнить.

– Обнаковенный, - лениво ответил водитель, глядя в окно.

"А какая мне, в принципе, разница, - подумал Максим.
– Ясно, что этот автобус прибыл из какой-нибудь тмутаракани".

– А далеко ваш город находиться?

Водитель впервые обратил внимание на настойчивого пассажира. Взгляд его бледно-голубых, будто выцветших глаз ничего, кроме равнодушия, не выражал.

– Отсюда не видать.

Это вполне устраивало Максима и соответствовало его планам.

– Вы скоро отправляетесь?
– поинтересовался он.

– Скоро.

– А какой номер вашего рейса?

– Это ещё зачем?
– взгляд водителя в один момент наполнился подозрительностью.

– Чтобы купить билет, - ответил Максим.

– Вам билет, пассажир?
– вдруг раздался зычный женский голос из глубины автобуса.
– Проходите. Я сама вас обилечу.

Несколько озадаченный, Максим поднялся в салон автобуса. На сидении кондуктора он увидел дородную даму неопределенного возраста в кроличьем полушубке и кроличьей же шляпе с большими загнутыми вверх полями. Полушубок и шляпа были настолько стары, что на многих местах мех отсутствовал вовсе, а вместо него красовались залоснившиеся от грязи проплешины. На ногах надеты большие боты. Прежде они кажется назывались "Прощай молодость". На груди у неё висела большая кожаная сумка с металлическими скобами, соединенными замком-защелакой, и катушкой с билетами. Довольно экстравагантная особа.

Максим подошел, спросил:

– Сколько стоит билет?

– А сколько не жалко, - ответила она игриво и громко рассмеялась, обнажив черные, съеденные гнилью зубы.

Максим невольно отвел глаза от столь неприятного зрелища. Достал полста рублей, протянул кондукторше.

– Этого хватит?

– Еще и останется.
– Она ловко выхватила из рук Максима купюру, щелкнула замком, сунула её в сумку, оторвала длинную ленту билетов.
– Вот, держите, гражданин!

Максим взял билеты и в поисках места огляделся. В салоне было всего три пассажира. На заднем сидении обедала молодая красивая блондинка. Белой пластмассовой ложкой она черпала какую-то кашу из такой же пластмассовой чашки и отправляла её в рот. Она была настолько поглощена этим занятием, что не замечала ничего вокруг. Около неё вертелся маленький сухонький старичок в темных круглых проволочных очках. В середине автобуса сидел священнослужитель в черной рясе из грубой шерстяной ткани с массивным позолоченным крестом на груди. Только странный это был крест. Таких Максим никогда прежде не видел - крест обрамлял круг. Священнослужитель был огромен, тучен, красен лицом, бородат.