— Что-нибудь еще?

— Да, кое-какие мелочи. Их надо обговорить до свадьбы.

Рауди выразительно посмотрел на часы:

— Поторопись, у тебя осталось около двух минут.

— Всего две минуты?

Он кивнул с непоколебимым видом.

— Хорошо, — она сложила листок, — я не буду попусту тратить твое время на перечисление всевозможных уступок.

— Отлично.

— Я объясню тебе главную причину, по которой я приехала сюда. Отказав тебе, я совершила ошибку, Рауди. Твое предложение застигло меня врасплох, я этого не ожидала… Все, чего я хотела, о чем мечтала, не соответствовало тому, что искал в наших отношениях ты. Поэтому я решила составить список взаимных уступок.

— Осталась одна минута.

Нора встала, забыв, что на коленях у нее сумка. Она со стуком свалилась на пол. Нора неуклюже нагнулась и подняла сумку.

— Мы сможем поговорить позже? Я выслушаю все, что ты мне скажешь. Мне интересно, почему ты захотел жениться на мне, если изначально был так агрессивно настроен против брака.

— Этот самый вопрос я задавал себе последние две недели. К сожалению, ты плохо разбираешься в бизнесе, Нора.

— Я не претендую на это.

— Этим и объясняется твой приезд. Видишь ли, предложение было сделано, и ты его отклонила.

— Да, но я же признаю, что поторопилась. Мне следовало лучше подумать…

— По-видимому, ты не понимаешь, — сказал он сухо, — я взял назад свое предложение.

Нора заморгала, приходя в ужас.

— Но…

— Слишком поздно, Нора. Прошло целых две недели.

Страшная слабость охватила Нору, с трудом она заставила себя выговорить:

— Понимаю… Извини. Я была уверена, мне показалось, что твое предложение было искренним.

— В то время так оно и было.

— Но, Рауди, что же изменилось? Любовь — это не деловая операция, она возникает и исчезает не по нашей воле. Это чувство и это обязательство… Она не проходит так быстро.

— Я не слишком эмоционален… Обычно, — объяснил он неохотно. — Но, делая тебе предложение, я поддался порыву. То, что ты мне отказала, пошло на пользу нам обоим.

Нора была слишком потрясена и ответила не сразу:

— Но ты же не думаешь так на самом деле?

Рауди промолчал. Ей тоже было нечего добавить, поэтому она повернулась и пошла, не видя, куда идет.

— Прощай, Нора.

Не ответив, она вышла из кабинета. Там она остановилась и закрыла глаза, стараясь взять себя в руки.

Голос миссис Эмериш заставил ее очнуться.

— Быстро же вы договорились!

— Вовсе нет, — ответила Нора, улыбнувшись пожилой женщине. Она продолжала стоять в приемной, словно парализованная. Очень глупо с ее стороны было вот так заявиться к Рауди.

— С вами все в порядке? Нора не сразу сообразила, о чем ее спрашивает секретарша.

— О… Да, я в порядке. Спасибо, что спросили. — Она поглядела в сторону закрытой двери кабинета Рауди. — Позаботьтесь о нем вместо меня, миссис Эмериш. Он не правильно питается и слишком много работает. Он… Ему нужен кто-нибудь.

— Именно об этом я твержу ему уже лет пять. Но он не слушает.

— Он слишком упрям, чтобы подумать о себе, — согласилась Нора со слабой улыбкой.

— Вы еще вернетесь? Я так надеялась, что вы друг друга поймете.

Медленно и печально Нора покачала головой.

— Боюсь… я опоздала.

Глаза миссис Эмериш затуманились.

— Ах, милая, я была уверена, что вы поладите.

— Я тоже, — прошептала Нора и двинулась к лифту.

Гостиница, где она остановилась, располагалась неподалеку от главного здания ЧИПС. Hope хотелось пройтись пешком, но, учитывая ревущие автомобили и грохочущие грузовики, которые шныряли взад-вперед по улице, это вряд ли доставило бы ей удовольствие. Пришлось взять такси.

Первой, кому она позвонила, вернувшись в гостиницу, была Валерия. Когда она рассказала сестре, что произошло, та взорвалась.

— Да он просто дурак! — воскликнула старшая сестра. — Он ведет себя с тобой так же, как пытался поступить со мной. Видать, первый раз его ничему не научил. Хорошо, придется повторить урок.

— Он не старался меня ни купить, ни испугать, Валерия.

— Что в этом странного? Все карты у тебя на руках.

Нора не понимала сестру. Она чувствовала себя настолько разбитой и подавленной, что и не стремилась понять.