— Уверена, что да. — Она боялась, что он начнет ее расспрашивать, но он не задал ни одного вопроса.

— Я не буду тебя ждать.

— Не скучай, папа.

— У меня все будет хорошо, моя милая, — ответил он и сделал очень странный жест: он поднял голову, закрыл глаза и пробормотал что-то, что она не могла расслышать.

Придя в больницу. Нора обнаружила, что Рауди превратил свою палату в романтическое гнездышко. Шторы были задернуты и пропускали только слабые отблески заходящего солнца. На покрытом скатертью столе горели свечи, в разных местах комнаты располагалось полдюжины ваз с живыми цветами. Офисная мебель была отодвинута к самым стенам. В серебряном ведерке охлаждалась бутылка белого вина. Играла тихая лирическая музыка. В какой-то миг Нора подумала, не спит ли она.

— О Господи, — прошептала она в благоговейном страхе.

Рауди был одет не в больничный халат, а в черную ковбойскую рубашку с галстуком и джинсы, разрезанные с одной стороны, чтобы их можно было надеть на гипс. Предпринятые им усилия растрогали Нору.

— Надеюсь, ты голодная, — произнес он с мальчишеской улыбкой.

— Умираю с голоду, — уверила она его, подходя к кровати. Комната выглядела очень интимно, но Нора не колебалась. — Что у нас в меню? — продолжила она.

— Посмотри сама, все это принесли минуту назад.

Нора сняла крышку с двух тарелок и обнаружила палтуса, фаршированного крабами и креветками, плов, свежую капусту-брокколи и немного моркови. Кроме того, были еще ватрушки со свежей клубникой.

— Я дал повару распоряжение проверить уровень холестерина, если тебе это интересно.

— Рауди, ты меня удивляешь.

— Непонятно откуда, но я знаю, что ватрушки ты любишь.

Нора рассмеялась, потому что это была правда и потому что ее переполняло счастье и возбуждение.

— А теперь возьми подарок на том конце стола и посмотри его.

Нора обнаружила маленькую яркую коробочку и поднесла ее к постели.

— Что там?

— Открой и посмотри.

— Я ничем этого не заслужила, — нахмурилась Нора. Она просто была одна из многих медицинских работников, которые помогли Рауди выздороветь.

— Перестань со мной спорить и открой коробочку, — распорядился Рауди.

Она кивнула, осторожно сняла бумагу и открыла бархатную коробочку, украшенную именем лучшего портлендского ювелира в золотой рамке.

Нора снова взглянула на него в замешательстве.

— Открой, — повторил он. — Я сам его выбирал.

Затаив дыхание, Нора открыла крышку и обнаружила ожерелье из сапфиров с брильянтами, изысканное в своей простоте. У нее вырвался глубокий вздох восхищения.

— О, Рауди… Я в жизни не видела ничего прекраснее!

— Тебе нравится?

— Да, но я не могу принять его.

— Чепуха. Повернись, я хочу увидеть его на тебе.

Она не успела возразить, потому что он вытащил ожерелье из коробочки и расстегнул застежку. Взяв его в обе руки, он приготовился надеть ожерелье ей на шею.

Когда Рауди застегнул его. Нора медленно повернулась и прижала руки к ожерелью. Ей никогда не дарили ничего столь прекрасного, столь дорогого.

— Этим я хочу отблагодарить тебя за все, что ты для меня сделала.

— Ноя…

— Ты стала моим спасением, — перебил он, явно раздраженный ее протестами. — Споры с тобой только и поддерживали меня в первые дни. Ты была великодушна и добра, даже когда я вел себя как испорченный мальчишка. Я благодарен и хочу выразить мою благодарность.

— Да, я понимаю. И… большое спасибо. — Нора почувствовала, что на ее глаза навернулись слезы. — Давай откроем вино? — предложила она, чтобы Рауди не заметил, как сильно она растрогана. Она вытащила ледяную бутылку из ведерка и задумалась. — А ты уверен, что тебе можно пить во время приема лекарств?

— Мне разрешил доктор Силверман. Если не веришь, можешь сама ему позвонить. Он оставил мне свой номер, на тот случай, если у тебя возникнут сомнения.

Рауди предусмотрел все. Улыбаясь, Нора протянула ему бутылку и штопор и наблюдала, как он легко открыл «шабли». Нора принесла бокалы. Он попробовал вино, затем наполнил оба бокала.

— Давай есть, пока рыба не остыла, — сказал он.

Нора вернулась к столу за его тарелкой. Для него уже было накрыто на тумбочке.

— Когда мы будем ужинать вместе в следующий раз, я буду сидеть за столом напротив тебя, — пообещал он.

Нора села и накрыла колени салфеткой. За все годы работы в больнице с ней не случалось ничего подобного. Да она и не встречала никого, подобного Рауди Кэссиди.

— Необыкновенно вкусно, — сказала Нора, проглотив первый кусок. Закрыв глаза, она наслаждалась вкусом рыбы, крабов и острого соуса.