– А чего ж не показать знающему человеку, - быстро согласился отдыхающий.
– Вас как звать?

– Игорь Варгин.

– Лейб Унитер, ваш покорный слуга, - представился отдыхающий.

Они подошли к допотопному автомобилю.

– Люблю старые вещи, - сказал Лейб Унитер, постукивая ногой по колесу.
– Заходишь в нее, не кланяясь.

Действительно, в салоне было просторно. По дороге Унитер подробно объяснил, как много преимуществ у старых автомобилей по сравнению с новыми. По его мнению, эти отличия имели принципиальное значение, настолько принципиальное, что он сам, например, просто уже не может ездить в современных машинах, потолок давит.

– Вот вы не поверите, - говорил Унитер, - сломается машина - в такси никогда не сажусь, лучше уж я пешком пойду или даже в автобус сяду. Да, да, представьте себе, в автобус. А что делать, если у меня физиологическая несовместимость, не люблю модернизм.

Унитер жил на окраине города в скромном двухэтажном коттедже. Со всех сторон дом был окружен пышным садом. Вдоль дорожек, вымощенных кирпичом, росли орхидеи. Правда, Варгин в жизни не видел орхидей, и поэтому его комплимент насчет прекрасных гладиолусов показался хозяину двусмысленным.

– Сейчас почти не осталось истинных любителей книги, - сказал Унитер, жестом приглашая войти в дом.

Они зашли в гостиную. Логово отшельника, не лишенного известных слабостей, - подумал Варгин. По стенам картины. Огромный стол. Камин. Здесь же винтовая лестница, ведущая на второй этаж.

– Библиотека на втором этаже, - сказал Унитер.
– Но не будем спешить. Сейчас камин разожжем.

Пока Унитер разжигал камин и доставал из бара минеральную, Варгин обошел картины.

– У вас тут прямо филиал Санаториум Мюзиум, - похвалил коллекцию Варгин.

– Обижаете, такое там не увидишь. Разве что в загашниках, - пояснил Унитер.

Варгин решил пока не касаться Ремо Гвалты.

– Здесь душой отдыхаешь, - сказал он.

– Это правда, - подтвердил Унитер, предлагая Варгину сесть.
– Располагайтесь. Я не люблю спешки. Вот пьешь, к примеру, нарзан, - он предложил бокал Варгину и взял себе.
– Спешить нельзя. Нужно пить потихоньку, небольшими глотками, иначе вкуса не почувствуешь, только воздуху наглотаешься. Или книгу читаешь. Я люблю медленно читать. Прочтешь кусочек, продумаешь, просмакуешь его как следует. Отложишь книгу, сходишь в сад погулять. Вот тогда и понимаешь, какое это чудо - книга. У вас, поди, все в спешке там, на Земле?

– По-разному, - уклончиво ответил Варгин.

– У нас тоже по-разному. Ох, как по-разному, - будто что-то вспомнив, сказал Унитер.
– Никто не хочет толстые книги читать. Да и не пишут уже толстых книг. Давай книжку потоньше, да поживей, чтобы никаких там завуалированных иносказаний, намеков. Если хочешь чего сказать, так и пиши прямо, да покороче. Читателю некогда рассусоливать в трамвае, в троллейбусе. А лучше и маленьких книг не писать, прямо мысли излагай - и вперед. Так рождаются лозунги. Коротко и ясно всем, поскольку культуры не требует. Только вы уж не подумайте, что я против лозунгов. Раз они достигают своей цели, так пусть они и будут. Несудимы те, кто побеждают. Хотя бы и временно.

Унитер замолчал. Варгин спросил:

– Где вы работаете?

Унитер улыбнулся и достал из внутреннего кармана карточку. Варгин прочел: Лейб Унитер, фабрика-прачечная 147. На обратной стороне было написано: ближайшие родственники - прочерк. Точно такую же карточку Варгин видел на Земле. Только вместо Унитера там был вписан Гвалта. Варгин неимоверно удивился.

– Какое совпадение! На Земле недавно погиб отдыхающий Ремо Гвалта, так он тоже работал на фабрике-прачечной номер сто сорок семь. Вы его знали?

– Я не верю в такие совпадения, - сказал Унитер.

Варгин вопросительно посмотрел на собеседника. Тот пояснил:

– Каждый играет свою роль. Что же, я не принуждаю вас в чем-то сознаваться. Не мое это дело. Я признаю за людьми право самим выбирать правила игры, в которую они играют. Вам нужен человек, знавший Ремо Гвалту? Пожалуйста, я такой человек.

– Отчасти вы правы, - начал оправдываться Варгин, - я действительно интересуюсь знакомыми Ремо Гвалты, но вас я встретил совершенно случайно.

– Конечно, конечно, - усмехаясь, согласился Унитер.
– Не беспокойтесь. Мне в любом случае интересно поговорить с землянином. Что вас волнует?

– Меня волнует многое. Ну, например, почему Ремо Гвалта бросил заниматься наукой и пошел на фабрику-прачечную.

– Не знаю точно. До прачечной я его не знал. По-видимому, так было удобно ему. Нет, не знаю. Не буду врать. Вот почему я пошел в прачечную, я знаю. Я ведь тоже, как сами понимаете, раньше был далек от этого.

– И почему же?
– спросил Варгин.