Но Земля оставалась домом. Еще должно пройти много времени, пока она полностью очистится от заразы и станет обитаемой. А пока что ее должны восстанавливать машины.

– Я покажу вам свой план, – сказал я. – Идем со мной. Я умру задолго до того, как найдет применение мой механдроид, но этот день непременно придет.

Он последовал за мной по коридору. Это был очень могущественный: человек, пожалуй, самый могущественный человек в мире, но он шел за мной, словно школьник.

Нам нужно колонизировать Галактику. Люди не смогут справиться с этим. И машины тоже. Машины потерпят неудачу потому, что они лишены эмоций и воображения. То, что нам нужно – это человеческая машина, или механический человек. Исключительное создание. Вроде моего механдроида.

Я откинул занавес и показал ему сильное молодое тело в стеклянном ящике. Вокруг него суетились машины, провода слегка подрагивали.

– Это один из моих механдроидов. Они не могут воспроизводиться, но их можно создавать, производить. В данном случае машины дают жизнь человеку.

– Он выглядит, как человек,

– Я выбрал его родителей сам. Мне ведь нужна наследственность. Мне пришлось немало повозиться, пока я отобрал хромосомы, наиболее отвечающие моим целям. Затем появился на свет механдроид. Сразу после рождения он получил полное образование и комплекс чувств. Конечно, с помощью машин. Его научили мыслить, как машина. Теоретически человеческий мозг способен на это, но никогда не было проведено полной серии экспериментов. Механдроиды, я уверен, могут разрешить все проблемы человечества, и разрешить их оптимальным образом.

– Обучение машинами? – с сомнением повторил мой посетитель.

– Машины должны служить людям. Они должны освободить людей, освободить их мозг от рутинной деятельности. Механдроиды откроют людям пути к высшей науке!

– А в этом нет опасности? – спросил посетитель, глядя на механдроида.

– Нет никакой, – уверенно ответил я.

Затем я стал еще кем-то.

Сатурн занимал надо мной полнеба, когда я бежал по извилистым улицам Города от механдроида. Мне хотелось найти кого-нибудь, кто знал бы, что делать. Но, казалось в этом Городе нет ни одного человека. Никого, кроме создания, молчаливо меня преследовавшего.

Возвращение домой? Я был рожден на Веге. Мне было шестнадцать лет. И я совершил прыжок через все пространство вместе с группой юных – нас было девять человек – чтобы посетить Землю. И, как все группы туристов, мы начали с других планет. Мы вышли из передатчика вещества на Титане.

А затем все произошло необычайно быстро. За нами побежал механдроид, и все мы рассыпались в разные стороны. Мне, как всегда, не повезло, и я врезался в группу механдроидов, которые чем-то занимались.

Они собрались вокруг стола в большой комнате. На столе лежало тело, а над столом была поблескивающая сеть – нейронная матрица. Я знал достаточно много, чтобы понять, что тут происходит. Поэтому я остановился здесь и стал наблюдать.

Механдроиды делали супермехандроида. Люди уже размышляли над такой возможностью. И вес немного побаивались. Ведь если механдроиды были поразительно умны, то супермехандроид будет вообще непостижимым для людей. Механдроидов люди могут контролировать, а супермехандроид будет неуправляем.

Раньше говорили, что механдроиды помогут людям разрешить галактические проблемы, и уже было решено создать механдроида второго поколения. Но потом это было запрещено.

Однако передо мной на столе под сверкающей нервной сетью лежало тело будущего супурмехандроида. Если это могучее существо с совершенным умом и отсутствием эмоций оживет, то оно будет представлять чрезвычайную опасность для человечества.

Я повернулся и побежал прочь, преследуемый механдроидами. Изредка до меня доносились чьи-то жалобные крики.

Значит для того, чтобы механдроиды могли создать механдроида второго поколения, им необходимо уничтожить всех людей в этом Городе. Именно это они и делали. Я заскочил в исследовательскую лабораторию и схватил вакуумный скафандр. С ним я побежал к выходу из под – купола, покрывавшего город.

Через два часа я уже сидел в горах в полумиле от города, смотрел на купол и размышлял, надолго ли хватит мне кислорода. Я чувствовал себя совершенно одиноким. Моими компаньонами были только Сатурн, клонящийся к горизонту, да звезды.

Немного погодя, я увидел космический корабль. В наше время они стали такой редкостью, что это показалось мне неслыханной удачей. Я понял, для чего он сюда прилетел. Корабль завис над Городом – и через мгновение от купола и самого Города не осталось ничего, кроме вспышки света.

Я подал сигнал «SOS», меня подобрали, и по пути обратно я слушал разговоры о том, что нам пора снова взять механдроидов под жесткий контроль. Необходимо контролировать каждый отдельный экземпляр, не давать им собираться вместе и создавать супермехандроид!

Думаю, что все это не позволило мне насладиться пребыванием на Земле. Она уже была восстановлена, все следы радиоактивности исчезли. На Земле был оставлен всего один машинный город – Музей. Но сама планета мне показалась очень маленькой.

С нее мы и начали колонизацию Галактики и теперь стали ее хозяевами.

Затем я стал кем-то еще.

Я стал Джебом Пайтнером.

Возможности отдельного человека ограничены, но возможности расы – нет. Нельзя сказать, что мои возможности были неограниченными, но все же они были достаточно большими. Моя ценность в обществе была высока. А почему нет? Я был весьма сведущ в своей деятельности – я руководил Седьмым Галактическим Сектором, с основной базой на Земле. Да, я всегда знал, что делать пока не обнаружилась пещера в горах Земли, и я не увидел Джеба Пайтнера, спящего в ней. Нет, я не потерял своей квалификации. Я был озадачен, но все же я мог отыскать ответ на эту загадку. Однако, я должен был подойти к ее решению объективно. Абсолютно объективно.