Впрочем, последнего и не требовалось: Коул, Адам и Трэвис сами обо всем догадались. Познакомившись с Изабель Грант и проведя пять минут в одной комнате с ней и Дугласом, они сразу поняли, что брат влюбился в красивую вдову, и про себя одобрили его выбор. У Изабель ласковый голос, чудесный характер, она гораздо умнее Дугласа и более открытый человек — не пытается скрывать свои чувства. Дуглас ведет себя как последний осел. Если даже им ясно, что он любит Изабель, то уж ей-то это точно известно!

Но они терпеливо ждали, когда брат наконец опомнится и что-нибудь предпримет.

Коул предположил, что Дуглас возьмется за ум месяца через три, и поставил пять долларов. Трэвис тоже поставил пять долларов, но на срок в два месяца, а потом удвоил сумму. Адам возмутился и сказал, что заключать пари в подобных случаях отвратительно и бесчеловечно, но счел, что брату понадобится месяцев восемь, чтобы поехать за Изабель. Не выдержав, он забыл все свои упреки и поспорил с Трэвисом па двадцать долларов.

Дуглас ничего обо всем этом не знал. Полтора месяца назад он расстался с Изабель и Паркером, и не было дня, чтобы он не думал о них. Больше так продолжаться не могло, он вконец измучился и понятия не имел, сколько еще протянет, прежде чем сдастся и поедет к ним.

Дуглас собирался уехать из Хаммонда на аукцион в Риверз-Бенд, когда получил телеграмму от Адама, в которой тот просил его срочно вернуться домой.

Решив, что у сестры начались преждевременные роды, Дуглас спешно отправился в Роуз-Хилл. Мэри Роуз потребова всех братьев клятвенное обещание собраться дома, когда ей придет время рожать первенца. Она не боялась за себя и не нуждалась в их утешении и тем более помощи — Мэри Роуз волновалась за мужа. Так что братьям предстояло позаботиться о Харрисоне.

Дуглас подъехал к Роуз-Хиллу примерно в три часа дня. Солнце обжигало плечи, он два дня не брился, и единственное, о чем сейчас мечтал, — это ванна и стакан чего-нибудь холодного.

Спускаясь с последнего холма, Дуглас увидел Пегаса, который разминался в загоне, и удивился. «Должно быть, показалось», — подумал он. Прищурившись, Дуглас заметил Адама и Коула, сидящих на крыльце в любимой позе — уперев ноги в перекладину.

Проезжая мимо загона, он перевел жеребца на шаг. Нет, ему не показалось — в загоне был Пегас. Пока Дуглас слезал с лошади, открылась дверь сарая, и Трэвис вывел… Минерву.

— Погляди, какая красавица! — как ни в чем не бывало обратился он к Дугласу.

Тот онемел.

— Как они здесь оказались? — спросил он хриплым от волнения голосом.

Трэвис пожал плечами.

— Спроси у Адама. Может, он знает.

Дуглас вошел в дом, Адам тут же предложил ему холодного пива.

— Ну ты и поджарился!.. — заметил он.

— Похож на больного с высокой температурой, — сказал Коул.

— Как они тут оказались? — требовательно спросил Дуглас.

Кто? — вскинул брови Адам.

— Лошади.

— Наверное, сами пришли, — невозмутимо проговорил Коул.

— Или примчались галопом, — добавил Адам. Они обменялись загадочными улыбками, желая подразнить Дугласа.

Он прислонился к столбу, глядя через стеклянную дверь в холл. В его глазах была такая мука, что Адам почувствовал себя виноватым.

— Слушай, Коул, может, скажем ему?..

— Нет уж, пусть еще немного пострадает. Последние полтора месяца он был просто невыносим. И к тому же я проиграл. Или проиграю, стоит ему только ее увидеть.

— Она здесь? — встрепенувшись, отрывисто спросил Дуглас.

— Была, — сказал Адам.

— А где сейчас, черт побери?!

— Что ты орешь? Мы не глухие, — нарочито обиженным тоном ответил Адам.

— Изабель Грант — женщина противоречивая, — медленно произнес Коул. — Она выглядит такой невинной и милой, и характер у нее ангельский, но у нее есть и темные стороны, Дуглас, из-за которых, кстати, я к ней и неравнодушен. Ты должен знать, что тебе предстоит, прежде чем пойдешь искать ее.

— Да о чем вы говорите? Нет у Изабель никаких темных сторон. Она совершенство, черт побери! Она очень добрая и…

— Великодушная? — спросил Адам.

— Да, именно.

— Согласен, — сказал Адам. — И все же Коул прав — у всех женщин есть темные стороны. Эта, например, хочет подарить тебе арабскую лошадь в благодарность за помощь. Великодушно и благородно, правда, Коул?

— Конечно. Но… — Коул предостерегающе поднял вверх указательный палец, — она приехала сюда еще и затем, чтобы убить тебя. Она полна решимости. Может, мне не стоит заряжать ей ружье? Как ты думаешь, Адам?