Вроде бы все... Сел на центральный пень, прибавил строгости своему облику, хотя все равно никто не поверит, перевел дух и объявил на весь поселок:

– Начинается экзамен! Все дети приглашаются на центральную площадь! Экзамен!

И стал ждать, радостно и озабоченно прислушиваясь к суете и волнению жителей. Первой примчалась малышка Сая. Запыхавшись, взгромоздилась на пенек напротив Старика, расправила платьице и требовательно посмотрела перед собой: "Ну похвалите меня! Похвалите!" Старик улыбнулся ей.

Вторым притопал Гуцу, маленький толстячок, обидчивый увалень, но, как ни странно, брат проказника Варри. Рядом с девочкой он сесть не мог, поэтому усадил себя на крайний правый пенек. И тут же достал из кармана пряник.

Подкрался, бесшумно и незаметно, Лай. Наказание старика. Этот вредина и шкодник был его внуком. Пра-пра... Но это не меняло дела. Лай давно уже научился всему, что предстояло сдавать на сегодняшнем экзамене, но предпочитал употреблять это на мелкие пакости. Опустился он, разумеется, между Саей и Гуцу. Впрочем, может он понимает, что сегодня экзамен...

Два пенька еще были свободны... В кустарнике - зрительном зале зашушукались. Где же они? Пауза затягивалась.

Наконец - еле слышный вздох облегчения.

На поляну вышли Ора и Варри. Варри весь ободранный, в ссадинах, обещающих перейти в синяки, потупившийся и красный от смущения. Ора ведет его за руку, и тоже чувствует себя в чем-то виноватой. Впрочем, нетрудно догадаться, кто был хихикающим кустом боярышника. Постой-постой... А что это у нее в руке? Книга?! Так и есть. Старик узнал свою Книгу... Значит она вызволяла его из дуба по твоим же собственным рецептам?! Да что они себе... Впрочем, находчивость, сообразительность и взаимовыручка тоже входят в программу обучения. Этот экзамен они сдали. Да и разобраться в этой Книге не всякий сможет...

– Ну, садитесь, садитесь, начнем...

Дождался тишины и внимания.

– Первый вопрос - для разминки. Летать все умеют?

Все дружно завопили "Да-а!" и тут же продемонстрировали. Поляна превратилась в пестрый калейдоскоп смеха, мелькающих бантов и кудрей, платьиц и штанов... посыпалась какая-то мелочь из карманов. Заливистый смех разнесся над поселком...

– Вижу, вижу! Все умеют!

Пока дети рассаживались, старик думал, что первая цель достигнута они перестали бояться незнакомого экзамена, и, кроме того, убедились в том, о чем догадывались - их не бросили, несмотря на вроде бы существующий запрет, родители тут, рядом, за кустами, и, в случае чего, помогут...

– А теперь второй вопрос - самый сложный!

Самый сложный, конечно, задавать пока нельзя - не готовы...

– А как еще можно летать?

Сая, конечно, опять первая:

– Еще можно на птицах... ну на этих, специальных. На них быстрее... И дальше можно.

– А еще, еще, - это Гуцу вспомнил, - можно совсем быстро, раз - и сразу там. Но это только взрослым можно...

– Правильно. Варри, а что надо сделать, чтобы совсем быстро перелететь?

– Ну, это, надо, - Варри морщит лоб, вспоминая.
– А! Можно по-разному. Можно очень хорошо представить себе место, куда хочешь попасть, потом отделиться самому от себя...
– Не хватало слов для описания незнакомого ощущения.
– Перенести одного себя быстрого - туда, а потом там с ним соединиться. А можно представить того человека, к которому хочешь попасть, даже если не знаешь, где он... Или если тебя кто-то очень зовет, а ты даже не знаешь, кто он и где...

И вдруг, как пелена лопнула в сознании старика, как взорвался гриб-дождевик, как родник пробился на поверхность - он понял! И тут же проклял себя за непонятливость. За то, что пойми он все раньше - меньше могло бы быть горя, меньше исчезновений... И сидело бы здесь не пять детей, а семь, и больше бы было счастливых родителей, и просто больше взрослых. Дети, конечно же, нарушали запрет, пробовали летать очень быстро, как взрослые. Но неумело. А Враг, тот, чье незримое присутствие и вмешательство ощущал старик все последнее время, звал их, сманивал к себе. И дети не могли противостоять. Уходили из этого мира, проваливались в черную бездну... Ну все, все... Обдумать можно и потом... Сейчас экзамен. Все-таки, как ни жестоко это звучит, хорошо есть хоть пятеро, нет только двоих...

Старик поднял голову, заметил молчащего уже Варри, зловещую тишину на площади... Как мог весело улыбнулся...

– Ну что ж вы притихли?

И посыпались вопросы.

Ора, как можно притвориться деревом? Лай, скажи что-то на языке единорогов. Гуцу, что сейчас делает садовник? Сая, сотвори здесь сейчас пирог. Варри, вырасти куст рябины. А что находится с той стороны Земли? А сколько лет этой сосне? Из чего можно делать стрелы? И каких зверей нельзя убивать? Откуда берется дождь? Почему Солнце светит? А кто сильнее всех согнет палку? Не руками, нет! Ну вот сломали...

Наконец старик иссяк. Остался один вопрос, последний. И на самом деле трудный. Его он приберег для Лая. Остальные этого, пока, наверное, не знали. Пусть, заодно послушают первый рассказ на эту тему.

– Как устроен наш Мир?

Лай, умница, хоть и шкодник... хотя, сегодня он еще ничего не натворил... сразу понял о чем речь. Даже встал, понимая, что будет не просто ответ, а целое выступление:

– Наша Земля, вот эта, на которой мы живем, не одна. Есть еще почти такие же. Но не где-то далеко, а здесь вот, совсем рядом, может и прямо здесь. Но они не заметны. Не касаются одна другой. Это вроде как можно одновременно думать и о вкусном ужине и о быстром полете птицы... Ну, вот так, - и Лай, не в силах объяснить словами сплел пальцы рук, показывая. Всего таких миров пять. Когда-то давно они были прочно связаны и могли легко переходить из одного мира в другой. А потом кто-то сотворил беду и разделил миры. Теперь и люди на всех Землях разные, и жизнь разная. Мы живем на четвертом, - и посмотрел на старика: "Верно я говорю?" - "Верно".
– Третий, средний, когда-то был главным. Но люди там не умеют теперь ни летать, ни создавать мыслями. Им все приходится делать руками. Второй мир - мир зла. Там люди тоже многое умеют, как и мы, но умение у них нехорошее, разрушающее. В пятый мир мы попадаем, когда умираем... А про первый мир я не знаю ничего...
– он беспомощно посмотрел на старика.