Графф протянул руку под стол и что-то там нажал.

– Ладно, – сказал он. – Наш разговор записывался, и уж если это их не удовлетворит, то не знаю, чего им нужно.

– Удовлетворит в чем? И кто эти «они»?

– Боб, следующая часть разговора записываться не будет.

– Будет.

– Я выключил запись.

– Черта с два.

Вообще-то, Графф и сам не был уверен, что если запись выключена, то она не ведется на другом аппарате.

– Давай-ка прогуляемся, – сказал Графф.

– Надеюсь, не снаружи?

Графф встал из-за стола (с большим трудом, так как здорово прибавил в весе, а сила тяжести здесь была близка к земной) и вывел Боба в туннель.

На ходу Графф тихонько пробормотал:

– Пусть теперь сами потрудятся.

– Клево, – ответил Боб.

– Я решил, тебе интересно будет узнать, что весь Флот стоит на ушах из-за явной утечки служебной информации. Кто-то, по-видимому имеющий доступ к самым секретным архивам, написал письмо парочке пандитов [18] , которые тут же вышли в Сеть и начали агитировать за возвращение детей из Боевой школы в их родные страны.

– А кто такие пандиты? – спросил Боб.

– Моя очередь сказать тебе «черта с два»… Слушай, я вовсе не собираюсь водить тебя за нос. Случилось так, что мне довелось познакомиться с текстом этих писем, посланных Локку и Демосфену. Как я понимаю, ты рассчитывал на нечто в этом роде. Когда я их прочел – в них, между прочим, прелюбопытнейшие различия, – я понял, что в них нет решительно ничего секретного, ничего такого, что превышало бы средний уровень знаний ученика Боевой школы. А вот что взбесило всех наших бонз, так это политический анализ, который дьявольски точен, хотя и основан на явно весьма скудной информации. Другими словами, из того, что всем известно, автор этих писем просто не мог вычислить того, что он вычислил. Русские подняли крик, что за ними кто-то шпионил и, разумеется, что их оболгали. Я тут же запросил библиотеку «Кондора» и узнал, что ты там читал. Потом проверил круг твоего чтения на МЗС – в Тактической школе, где ты учился. Да, времени даром ты не терял.

– А я всегда стараюсь занять мозги чем-нибудь полезным.

– Тогда тебе будет приятно узнать, что первая группа детей из Боевой школы уже отправлена на Землю.

– Но война же еще не окончена?

– А ты думал, что если запустить снежный ком по склону, то он обязательно покатится туда, куда ты хотел? Ты умен, но наивен, Боб. Дай пинок вселенной и гадай, как лягут костяшки домино. Всегда оказывается, что костяшки лягут совсем не так, как ожидалось. И все же я рад, что ты вспомнил о других детях и заставил колеса вертеться так, чтобы сделать их свободными.

– Но не нас.

– Видишь ли, Межзвездный флот не обязан сообщать каждому демагогу на Земле о том, что Тактическая и Командная школы, как и раньше, битком набиты детьми.

– И я не собираюсь им об этом напоминать.

– Я знал, ты этого делать не станешь. Нет, Боб, я ухватился за шанс поговорить с тобой потому, что мне захотелось сообщить тебе парочку новостей, причем не только о предсказуемом эффекте, вызванном твоими письмами.

– Я внимательно слушаю, хотя и не признаю, что писал какие-то письма.

– Во-первых, ты будешь очень удивлен, когда узнаешь, кто они, эти Локк и Демосфен.

– Кто? Неужели это один человек?

– Двое, но дело у них одно. Видишь ли, Боб, Эндер Виггин не единственный ребенок в семье. Он родился, так сказать, по заказу. Его старшие сестра и брат одарены не меньше, чем Эндер, но по некоторым причинам не могли быть приняты в Боевую школу. Брат – Питер Виггин – очень честолюбивый юноша. Когда военная карьера для него закрылась, он пошел в политику. И так сказать, в квадрате.

– Он – и Локк, и Демосфен?

– Он разрабатывает стратегию для обоих, но пишет только за Локка. А его сестра Валентина пишет за Демосфена.

Боб расхохотался:

– Теперь я все понял.

– Так что оба твоих послания получил только Локк.

– Если я их написал.

– Бедный Питер Виггин чуть с ума не сошел. Он задействовал все свои источники в Межзвездном флоте, чтобы узнать, кто ты такой. Но там никто ничего не знал. Шесть офицеров, чьи имена и пароли ты использовал при рассылке, списаны с Флота. Но, как ты понимаешь, никому и в голову не пришло проверить, а не играл ли семилетний ребенок из Тактической школы в свободное время в политику.

– Кроме вас.

– Потому что, клянусь Богом, я единственный человек, который знает, каким блестящим умом может обладать ребенок.

– А каким блестящим? – усмехнулся Боб.

– Наша прогулка близится к концу, я не могу тратить время на лесть. Вторая новость состоит в том, что сестра Карлотта, оставшись без работы после того, как ты уехал от нее, затратила уйму времени, выясняя твое происхождение… Я вижу, что к нам идут двое офицеров, чтобы положить конец нашей беседе, которая не записывается, поэтому буду очень краток. У тебя есть имя, Боб. Тебя зовут Джулиан Дельфики.