– Я обязан сообщить вам, сэр, что Боб, видимо, прошел последний тест, подготовленный полковником Граффом.

– Испытание? Проверка? Когда я снимал с занимаемого поста полковника Граффа, я надеялся, что его тошнотворная испытательная программа закончилась вместе с ним.

– Мы не знали, насколько опасен этот Ахилл. Нас предупредили о том, что некоторая опасность существует, но… он выглядел таким милым… Я не собираюсь возлагать всю вину на полковника Граффа; как вы понимаете, он просто был не в курсе, не мог знать…

– Знать что?

– Знать, что Ахилл – серийный убийца.

– Графф должен чувствовать себя сейчас на седьмом небе от радости. С Эндером их число возросло до двух.

– Я не шучу, сэр. Ахилл имеет на своем счету семь трупов.

– А как же он прошел все проверки?

– Он хорошо чувствовал, как надо отвечать на психологические тесты.

– Только, пожалуйста, не говорите мне, что все семеро были убиты в Боевой школе!

– Восьмое убийство должно было произойти именно здесь, но Боб заставил его покаяться.

– Ого, значит, Боб уже стал исповедником?

– По правде говоря, сэр, он применил довольно искусную стратегию. Он перехитрил Ахилла, заманил его в ловушку, и тому не осталось другого выбора, как сознаться.

– Итак, Эндер – милый мальчик из хорошей средней американской семьи – убивает парня, который хочет замочить его в душевой. А уличный хулиган Боб передает серийного убийцу в руки правосудия.

– Для нас большее значение имеет тот факт, что Эндер, который с таким блеском организовывал небольшие боевые подразделения, победил Бонзо в рукопашной один на один. А Боб – одинокий волк, у которого в школе и спустя год друзей-то почти не было, сколачивает группу ребят, ставших его защитниками и свидетелями, с помощью которых захватывает и понуждает к даче показаний серийного убийцу. Я не могу судить, рассчитывал ли Графф на такой результат, факт состоит в том, что его тесты заставили каждого мальчика действовать не только против наших ожиданий, но и против собственных склонностей.

– Склонностей, майор Андерсон?

– Все это вы найдете в моем докладе.

– Все же попробуйте написать его, ни разу не употребив слово «склонности».

– Да, сэр.

– Я отдал приказ эсминцу «Кондор» забрать всю вашу группу.

– Сколько человек вам надо, сэр?

– Нам потребуются максимум одиннадцать. Карби, Момо и Би находятся уже на пути в Тактическую. Но Графф говорил мне, что из них только Карби сможет хорошо взаимодействовать с Эндером. Кроме того, мы должны зарезервировать место для Эндера, однако на всякий случай нужна замена. Так что шлите десять.

– Десять каких?

– Откуда мне знать, черт побери! Конечно, Боб, остальные, по поводу кого вы уверены, что они будут хорошо контактировать с Эндером или Бобом… Не знаю, который из двух станет командующим…

– Один список для двух возможных командующих?

– Наиболее вероятный – для Эндера. Нам нужно, чтоб они не были антагонистами и чтобы из них можно было создать настоящую команду.

Приказ пришел в 17:00. Бобу предлагалось явиться на борт «Кондора» в 18:00. Вещей у него не было. Ему дали на час больше времени, чем Эндеру. Поэтому Боб отправился к своей армии, сообщил о том, что с ним произошло и куда его отправляют.

– Но мы же успели сыграть всего лишь пять игр, – сказал Иту.

– Когда подают автобус, в него положено входить.

– Это верно, – согласился Иту.

– А кто еще с тобой? – спросил Амбал.

– Мне не сказали. Просто в Тактическую.

– А мы даже не знаем, где это.

– Где-то в космосе, – сказал Иту.

– Да ладно?!

Шутка была так себе, но все засмеялись.

Прощание не было тяжелым. Он пробыл с ними всего восемь дней.

– Жаль, что мы для тебя ни одной Игры не выиграли, – буркнул Иту.

– Вы бы выиграли, если бы я того хотел, – ответил Боб.

Все поглядели на него как на сумасшедшего.

– Я же был тем, кто предложил отказаться от рейтингов. И как бы это выглядело, если бы мы выигрывали каждую Игру?

– Выглядело бы это так, что ты очень даже заботишься о своем рейтинге.

– А меня больше беспокоит другое, – сказал кто-то из взводных. – Неужели ты обучал нас так, чтобы мы всегда проигрывали?

– Нет. Я просто хочу сказать, что у меня иная шкала ценностей. Чем мы обогащаем свои знания, одерживая победы друг над другом? Ничем. Мы же не собираемся сражаться в будущем с детьми человеческими? Мы будем сражаться с жукерами. Но если так, то чему нам надо учиться? Как лучше координировать боевые действия. Как наладить взаимоподдержку. Как научиться понимать ход сражения и как брать на себя ответственность за все, даже если ты не получил команды. Вот это я и отрабатывал с вами, ребята. А если бы мы с самого начала побеждали, врывались в зал и размазывали противника по стенам, используя мою стратегию, то чему бы вас это научило? Ведь вы уже имели хорошего командующего в прошлом. Вам нужно было всего лишь научиться взаимодействию.

Поэтому я поставил вас в трудную ситуацию. К концу вы обучились взаимодействовать. Делать работу сообща.

– И тем не менее не одержали ни одной победы!

– По моим меркам это не так. Система уже работает. Когда к нам снова заявятся жукеры, они попытаются сделать так, чтобы у нас наступил полный развал. Помимо обычных трудностей, которые приносит с собой война, они предпримут такие действия, которые мы не можем предугадать, так как жукеры не гуманоиды и думают совсем иначе, чем мы. Мы будем выбиваться из сил, будем сражаться, но в конечном-то счете дело сведется к одной проблеме: что делать, когда общее командование повержено в прах? Когда окажется, что у тебя есть только твоя эскадра, твой транспорт, ты сам со своей потрепанной в боях ударной частью и пять орудий на восемь кораблей? Как будут взаимодействовать твои командиры? Как будут поддерживать и выручать друг друга? Вот над этим я и работал с вами. А потом шел в командирскую столовую и рассказывал им то, что узнал. То, что узнал от вас. Но и от них я узнавал кое-что очень важное для нас всех. И рассказывал об этом вам. Верно?