Даже "дубовые патриоты", как Дов называет официальные или "замогильные" организации, стали раскалываться, как плахи под ударами топора. Не веришь?..

"Союз ветеранов войны" выступил против оказания помощи едущим мимо , а Тель-Авивское отделение, самое большое, -- за помощь.

Ложа "Бней-Брита" в Тель-Авиве -- против помощи, ложа "Бней-Брита" в Иерусалиме -- за!

Организация бывших "Узников Сиона" клокотала -- не помогать! А двадцать два бывших зека, во главе с Довом, назвали это актом самоубийства. "Недосидели, суки" -- бросил Дов в лицо руководителям.

Цюрихское решение тогда отложили. А сегодня решается все! Все, Гриша!..
– - Сергей вдруг привстал, огляделся, достал из своей папки листочки.
– Слушай, хочешь почитать мой сегодняшний доклад? Я всегда стараюсь, чтоб в зале находился человек, который, если надо, поддержал бы. Хоть репликой! Чтоб "могильные подстилки" не прервали. А?

Я взял листки и принялся пробегать их взглядом:

"Организаторы еврейского гетто в Риме дождутся скамьи подсудимых, я в это верю. Но любопытно, на чем оно было основано, их преступление против человечности?.. Как сообщили мне в правительстве Израиля, на идейном постулате: "Бегство евреев из еврейского государства -- это крах сионизма"... Крах сионизма, как единственно правильного учения, уже наступил. Это -- аксиома. 4/5 мирового еврейства не пожелали жить в Израиле.

В 1972-- 73-ем годах мой убитый в Бершеве отец, Иосиф Гур, старый зек-воркутинец и сионист, первым сказал о смерти государственного сионизма Голде Меир и ее министрам - они отмахнулись от правды. Зачем им она?!"

Читальня опустела, видно, кончился перерыв. Лицо Сергея стало сосредоточенно-жестким, напоминало мне лицо военного пилота, получившего по радио приказ на взлет... Времени для чтения не оставалось. Я перевернул сразу несколько страниц. Задержался на одной из последних, на которую Сергуня ткнул пальцем. Она, и в самом деле, была мольбой, криком, сгустком всех Сергуниных переживаний, воистину "кровавым сгустком".

"Партийные интересы все годы выдаются за интересы страны, потому и затыкают рты и русским, и американским евреям, озабоченным будущим Израиля. Но стране нужны не подачки, стране нужна современная индустрия. Подачки выколачиваются для партий... Ваши щедрые подачки губят Израиль, плодя бюрократию и воров.

Хотите помогать -- создайте комиссию контроля -- мы просим вас об этом -- и не слушайте истериков: громче всех протестуют те, кто воруют!..

Если беды советского еврейства, в экономических переговорах Запада с СССР, будут отодвинуты на задний план, то евреи СССР будут, просто -напросто, преданы. Отданы на поругание и убийство...

Сионизм был создан для спасения еврейства, а не для его убийства."

"...Не торгуйте людьми и принципами. Ибо, в таком случае, вам придется открыто солидаризироваться с величайшими злодеями XX века, которых человеческие жизни и судьбы не интересовали".

Я поглядел на Сергея с восхищением и тревогой: понимает он, какой подымется в ответ вой? Сергей подмигнул мне обоими глазами, в которых теплилось глубоко выстраданное удовлетворение.
– - Мечта жизни... За все наши муки. За Гулю, за Яшу, за отца. Дать меж рогов, чтобы искры посыпались. Хочешь помочь?.. Если что, защитишь, как отец защитил тебя в Лоде? 0'кэй?

Мы заспешили в зал. У дверей проверяли документы, меня снова оттолкнули в сторону, наконец, отыскали в списке. Когда я занял свое место, Сергей уже сидел в президиуме рядом с седым высоколобым джентльменом, похожим на стареющего киноактера. На трибуне бушевал профессор из Гарварда в черной кипе и роговых очках с толстыми квадратными линзами, который почти кричал о том, что евреи Америки, если в них осталось что-то человеческое, не имеют права отказывать в приеме евреям из СССР.

....-- После того, как наши отцы покинули европейских евреев на растерзание наци!..

Я обрадовался его экспрессии, его убежденности. Повернулся лицом к залу. Меня поразила полная отрешенность людей от говорившего. Почти никто не слушал. Одни подмахивали золотыми перьями какие-то бумаги, затем вынимали чековые книжки, подписывали чеки, другие просматривали биржевые таблицы или давали указания каким-то молодым людям, подскакивавшим к ним от дверей. Двое-трое жевали, допивали кофе, рассказывали своим соседям что-то веселое.

А вот и тот самый тип в бархатной кипе, который на предыдущем Еврейском конгрессе оттаскивал меня за .штаны от микрофона, когда я поведал американцам, что Шауль бен Ами и его служба раскололи еврейское движение в Москве.

"...Зачем нам ваша правда!
– - раздраженно выговаривал он мне после заседания.
– - Вся правда вредна".

Я отвел от него глаза, отыскивая взглядом Сергуню, приготовившего сюрприз и для этого джентльмена. Рядом со мной, с краю, присел человек с жестким бронзовым лицом. Толстые губы поджаты в иронической усмешке. Очень знакомое лицо. Я даже собирался поздороваться. И вдруг меня как током дернуло: "Деньги дороже крови". Кафе преподавателей в Иерусалиме. Действительно, знакомое лицо...