— Боже мой! — воскликнул Ник.

Тяжелая рука Анжелы лежала поперек его груди, прижимая к себе, и ему с трудом удалось оттолкнуть ее и выпрямиться. От яркого, внезапного света он часто моргал, непонимающе уставившись на незнакомцев.

— Вставайте, Ник! — приказал один из них. — Вставайте и откройте-ка шкаф!

— Вы что, с ума сошли? — спросил Ник. Спросонья ничего не соображая, он тер свои сощуренные, полузакрытые глаза, стараясь поскорее прийти в себя.

— Что здесь происходит? — с недоумением вопрошал Ник. — Да вы знаете, кому принадлежат эти деньги?

— Нам! Идите, Ник, мы торопимся!

Анжела что-то проворчала во сне и тяжело повернулась на другой бок. Когда она спала, ее и пушками не разбудишь. Ник был даже рад, что жена не проснулась. Иначе бы она разразилась воплями, жалобами и бранью, как сумасшедшая...

Ник осторожно высунул ноги из-под одеяла и опустил их вниз.

— Черт возьми, — проворчал он. — Который же теперь час?

— Ну, шевелитесь же. Ник! Быстро!

Пол был холодным. Сидя на кровати в рубашке и кальсонах, Ник, нахмурив брови, недоуменно смотрел на этих отчаянных парней. Он пытался представить их обтянутые черными чулками лица, припомнить голос, который назвал его по имени.

— Разве мы знакомы? — спросил он.

Он тут же понял всю нелепость своего вопроса и не стал дожидаться ответа. Если детина в маске угрожает вам оружием, то лучше и не пытаться увидеть его лицо!

“К тому же “Ночные” должны быть уже в пути, так что нужно послушаться приказаний этих парней и быть готовым в любую минуту броситься на пол, как только “Ночные” появятся здесь. А они вот-вот должны прибыть”, — проносилось в голове Ника Ринкона. Он знал, что сигнализация должна была уже давно сработать.

Он встал и сказал:

— Хорошо. Меня не интересует, кто вы такие.

— Вот и славно. Откройте шкаф, Ник!

— Сейчас, сейчас, — сказал Ринкон. Ногам было холодно, он пожалел, что не надел туфли: — А сейф?

— Естественно, — ответил один из парней.

Видимо, они были отлично осведомлены. Они знали, что сейф находится в шкафу.

Ник Ринкон открыл дверцу шкафа, и его колено почему-то хрустнуло, когда он опустился на пол. Ник склонился над сейфом и начал медленно вращать диск, набирая шифр.

Оба типа в масках, молча стоя у него за спиной, ждали окончания манипуляций, по-прежнему не выпуская оружие из рук.

А Анжела продолжала храпеть, ничего не слыша, ничего не зная.

Нику Ринкону хотелось знать, скоро ли появятся “Ночные”: вроде бы уже давно пора!..

В зале “Ночных” раздались звонки и замигали световые сигналы, свидетельствующие о том, что произошел взлом и к Нику Ринкону кто-то проник. Фред Дюкасс тут же выключил сигналы. Теперь он был уже совершенно в курсе техники всей городской сигнализации.

Пятью минутами позже вдруг зазвонил телефон. Дюкасс и Генди Мак-Кей переглянулись. Нужно было что-то предпринимать.

— Может быть, это Паркер? — предположил Дюкасс.

— Может, он, а может, и нет. Будет лучше, если мы передадим трубку охраннику, — сказал Генди.

Охранник, которого они не связывали, сидел на стуле рядом с завязанными глазами. Мак-Кей подошел к нему и положил руку ему на плечо.

— Готовы? — осведомился он. Парень облизал губы и ничего не ответил, лишь пожал плечами.

— Только помните о нашем предупреждении, — продолжал Генди. — Если у нас возникнут хоть какие-то сложности, считайте, что вам не повезло.

— Я помню... — ответил он едва слышно.

— Только погромче.

— Сойдет и так.

Телефон прозвонил уже трижды. Это было немало для “Ночных”.

— Действуйте! — приказал Генди, снимая трубку и прижимая ее к уху охранника.

Он держал трубку немного косо, не очень плотно, чтобы и самому слышать разговор.

После короткого колебания охранник сказал:

— Контора “Ночных” слушает!

— Гарри? Хэлло!

— Э... нет, это Джек.

— Как дела, Джек!? Это Фред Калошио. Были тревоги?

— Да, два часа назад. Так, мелочь.

— Значит, у тебя все нормально? О’кей!

— А у тебя?

— Тоже. Ты ведь знаешь, что такое вечер понедельника!..

— Да, как всегда.

— Ладно, пока, Джек!

— Салют, Фред!

Генди Мак-Кей, наклонившись к охраннику, ждал, когда раздастся щелчок отбоя на другом конце провода, потом и он положил трубку.