– Нет, ни за что! Майк, пойдешь со мной.

Они подошли к основной платформе. На другом ее конце болтались несколько служащих железной дороги. Брюс яростно налетел на них... Через два часа он стоял на подножке паровоза, медленно движущегося к товарной станции. Машинистом был маленький пухлый человечек со слишком темной для обычного загара кожей и вставными зубами.

– Месье, вы собираетесь следовать в Порт-Реприв?
– с тревогой в голосе спросил он.

– Собираюсь.

– Состояние основного пути неизвестно. Движения не было уже четыре месяца.

– Я знаю. Будем продвигаться максимально осторожно.

– На путях, рядом со старым аэродромом пост войск ООН.

– У нас пропуск, - улыбнулся Брюс. С получением транспорта его настроение улучшилось.
– Остановитесь у первого навеса.

С шипением тормозов поезд остановился у бетонной платформы. Брюс спрыгнул с подножки.

– Раффи!
– закричал он.
– За работу.

В начале состава Брюс поместил три открытые металлические платформы, так как их было легче оборонять. По бортам платформ он установил пулеметы, прикрывающие фланги. Затем два пассажирских вагона. В хвосте состава паровоз. В таком положении он будет менее уязвим и не будет задымлять весь состав. Снаряжение разместили в четырех купе с закрытыми окнами. Затем Брюс приступил к обустройству оборонительных сооружений. В низком кольце из мешков с песком на крыше первого вагона он установил пулемет. Это его командный пункт. Отсюда он мог легко наблюдать за платформами впереди, за паровозом в хвосте, а также за всей округой.

Еще один пулемет был установлен на передней платформе под команду Хендри. От майора-интенданта Брюс получил три переносные радиостанции. Одну он отдал машинисту, вторую - Хендри, третью оставил на своем пункте. Связь была удовлетворительной. Было почти двенадцать часов, когда закончились все приготовления. Брюс повернулся к сидящему рядом с ним на мешках Раффи.

– Все в порядке?

– Все в порядке, босс.

– Сколько человек не хватает?
– Брюс по опыту знал, что кто-нибудь обязательно отсутствует.

– Восемь, босс.

– На три больше, чем вчера. Значит у нас всего пятьдесят два человека. Думаешь они ушли в джунгли?

Пятеро его людей дезертировали с оружием в день заключения перемирия. Несомненно они примкнули к одной из банд, бесчинствующих вдоль основных дорог: устраивающих засады, избивающих путешественников, которым повезло, убивающих тех, кому повезло меньше, насилующих женщин.

– Нет, босс, я так не думаю. Эти трое хорошие ребята. Сидят в каком-нибудь борделе, веселятся. Думаю, просто потеряли счет времени, Раффи покачал головой.
– Всего полчаса и я их найду. Зайду в центре города в пару заведений. Попробовать?

– Нет времени с ними возиться, если мы хотим попасть на узел Мсапа до темноты. Найдем их, когда вернемся. "В какой еще армии так легко относились к дезертирству со времен Бурской войны", - подумал Брюс.

Он взял в руки передатчик.

– Машинист!

– Да, месье.

– Трогаемся и очень медленно подъезжаем к посту ООН. Останавливаемся, не доезжая.

– Да, месье.

Они выкатились с товарной станции, постукивая на стыках, оставили позади промышленную зону и пост армии Катанги, выехали в пригород. Далеко впереди Брюс увидел позиции ООН и почувствовал первые признаки беспокойства. Пропуск, лежащий у него в нагрудном кармане был подписан генералом Рии Сингхом, но даже в начале войны приказы индийского генерала не исполнялись ни суданским капитаном, ни ирландским сержантом. Прием, видимо, будет оказан исключительный.

– Надеюсь, они о нас знают, - Майк Хейг закурил с равнодушным видом, но затем принялся пристально вглядываться в кучи свежей земли, которыми были отмечены окопы по обе стороны путей.

– У этих ребят есть гранатометы, а сами они ирландские арабы, пробормотал Раффи.
– Самый сумасшедший тип арабов - ирландский. Как вам нравиться граната в горло, босс?

– Спасибо, Раффи, нет - поблагодарил Брюс и нажал кнопку передатчика.

– Хендри!

На передней платформе Хендри поднял свой передатчик и оглянулся на Брюса.

– Карри?

– Прикажи пулеметчикам отойти от пулеметов, остальным - положить оружие.

– Хорошо.

Брюс наблюдал, как Хендри выполняет приказ. Он чувствовал нарастающее напряжение, видел, как неохотно разоружаются жандармы и, стоя у бортов, угрюмо смотрят на приближающийся пост ООН.

– Машинист! Снизить скорость. Остановиться за пятьдесят метров до поста. Но, если начнется стрельба, идем на прорыв.

– Да, месье.

Впереди не было видно никаких признаков торжественной встречи только барьер из столбов и пустых бочек. Брюс встал и поднял вверх руки. это бала ошибка! Спокойное настроение жандармов сменилось на противоположное. Один из них тоже поднял руки вверх, но кулаки его были сжаты.

– ООН - дерьмо! ООН - дерьмо!
– сначала в боевом крике слышались нотки смеха, но затем тон изменился.

– Заткнитесь!
– взревел Брюс и ударил стоящего рядом жандарма по каске ладонью. Его глаза загорелись огнем истерики, которой так подвержены африканцы. Он поднял винтовку на уровень груди, конвульсивно подергался всем телом в такт крикам. Брюс пальцами сдернул каску на глаза жандарма и ударил его ребром ладони по открытой шее. Жандарм повалился на мешки. Винтовка выскользнула из его рук. Командир в отчаянии огляделся, истерия продолжала нарастать.