Он отоспался в номере отеля и почти сутки не выходил из номера, послав подальше и прислугу, и назойливого руада, который никак не хотел оставить несчастного хаварра в покое.

Потом Стерко направился в следственный архив, где должен был находиться мертвый Зого. Но к немалому удивлению Стерко оказалось, что о маленьком хавви никто из персонала не слышал. В документах не было никаких следов того, что кто-нибудь из подчиненных Лэри обнаружил труп. Приятели из архива успокоили Стерко, предположив, что тело ребенка найдено не дома, а в Пограничье, и ни оно само, ни документы еще не переправлены в департамент. Стерко вынужден был согласиться со справедливостью этого предположения, тем более, что он сам оказался не на высоте: не попытался даже расспросить Лэри о том, где можно увидеть мертвого братишку. Оставалось одно: снова возвращаться в Пограничье и пытаться спасти сына. О том, чтобы помочь Лэри в его служебных проблемах, он уже и не мечтал.

На душе было скверно. И может быть именно из-за тоскливых мыслей о собственном промахе в Пограничье, у Стерко не только потяжелело на сердце, но и стало до тошноты одиноко. Кинуться было некуда, кроме как к тем опытным и умелым рукам, которые принесли облегчение и крепко запомнились. Да и что греха таить, плоть Стерко, еще не вполне восстановившаяся после шестилетнего издевательства над ней, снова заявила о себе, хоть и не слишком мучительно, но ощутимо. И наверное, Стерко не стоило корить себя за то, что вот уже полдня он не мог отвязаться от назойливых мыслей о светловолосом пареньке, умеющем изобразить и соблазнительную распущенность, и кроткое терпение. В памяти накрепко засело то великолепное ощущение, которое Стерко испытал под руками массажиста в номере отеля.

Ведь в сущности Стерко не замысливал ничего предосудительного. Принять обычную физиологическую процедуру, только и всего. Снуи сам приглашал, и сам дал ключ…

Истомившись, Стерко прошел за ограду и поспешил поскорее убраться с глаз возможных свидетелей.

Окна маленького одноэтажного домика были закрыты плотными пластиковыми жалюзи, и непонятно было, есть ли за этими окнами свет.

Помявшись немного на пороге, Стерко вынул ключ-карту и вставил ее в прорезь в замке. Дверь бесшумно отворилась, и Стерко торопливо шагнул внутрь.

В прихожей было темно, но из внутренних помещений пробивался неяркий свет.

Стерко прошел вперед и оказался в круглом холле с низкими пухлыми креслами, зеркалом, крошечными цветниками и чуть слышно журчащим в углу маленьким фонтаном. Все это было далеко от тех богатых и роскошных интерьеров, на которые Стерко насмотрелся в отеле. Хозяин этого маленького домика, судя по качеству обстановки, не имел средств, достаточных для того, чтобы разгуляться на свой вкус. А несомненный вкус без труда угадывался в непринужденном, нечопорном расположении мебели и прочих предметов обихода…

— Как вы сюда попали?! — прозвучало за спиной Стерко, и тот вздрогнул от неожиданности.

В дверях, ведущих то ли в спальню, то ли в столовую, стоял высокий черноволосый хаварр и весьма угрожающе смотрел на Стерко. Его правая рука была опущена в карман широкого халата, и Стерко сообразил, что там может быть парализующий импульсный пистолет, простейшее оружие добропорядочного обывателя, имеющееся практически в каждом доме.

Не делая лишних движений, Стерко развернулся в сторону парня и ответил как можно спокойнее:

— Мне нужен Снуи.

— Я спросил, как вы сюда попали! — напомнил хаварр.

— Вошел, как обычно, — улыбнулся Стерко, но парень не был расположен к доброжелательной беседе.

— Как вы открыли дверь?! — рявкнул он и дернул рукой.

— Вот этим ключом, — Стерко неторопливо вытянул руку, держа карту двумя пальцами. — Снуи сам дал мне его.

— Бросайте! — коротко приказал хаварр и ловко поймал летящую ему в лицо карту левой рукой. Быстро взглянув на нее, он поднял голову и взглянул на Стерко ничуть не ласковее: — Да, это один из ключей Снуи. Откуда вы его взяли?

— Я же сказал, Снуи сам дал мне его, — повторил Стерко со вздохом.

— Давно?

— Да уж больше двух месяцев тому назад… — проворчал Стерко, уже утомленный настойчивым допросом. Ситуация, в которую он попал, показалась нелепой до смешного.

— Что ж, — угрюмо подытожил черноволосый хаварр. — Проваливайте отсюда! Снуи вас не ждет. Убирайтесь и побыстрее!

— Проклятье! Можно бы и повежливее! — возмутился Стерко. — Для того, чтобы я ушел вовсе не обязательно мне грубить! Достаточно просто сказать, что я не вовремя…

— Когда бы вы ни пришли, всегда будет не вовремя, — перебил его парень.

— Снуи больше не практикует. Вот и весь сказ.

— Ну, извините… — развел руками Стерко.

Под тяжелым взглядом парня он пересек круглый холл и направился к выходу, как вдруг за его спиной раздался встревоженный голос:

— Что стряслось, Гайен? Кто пришел?

Стерко узнал его сразу же. Это был голос Снуи.

Он не удержался и обернулся. Черноволосый Гайен пытался затолкать Снуи обратно в комнату: