Не смей бесстыдно тела непорочного

Касаться! Что? Опять в объятья падает?

Наружу меч: пусть по заслугам примет казнь.

Так! За волосы голову бесстыдную

Ей запрокину. Дева-лукодержица,

Не знал алтарь твой жертвы справедливее.

Федра

О, ты исполнить хочешь все мольбы мои,

Безумье исцелить. Молить не смела я,

Чтобы от рук твоих погибнуть чистою.

Ипполит

Нет, у меня и смерти ты не вымолишь!

Меч оскверненный прочь от тела чистого!

Какой теперь очистит Танаис меня

Иль Меотида, волны в Понт стремящая?

Не хватит Океана деду мощному,

Чтоб скверну смыть. О звери, о леса мои!

Убегает.

Кормилица

Вина открыта. О душа, что медлишь ты?

Ему припишем мы любовь нечистую.

Злодейством новым скрыть злодейство следует,

В опасности надежней наступление.

Дерзнули мы иль сами стали жертвами,

Кто будет знать, коль нет вины свидетелей?

Кричит.

Афиняне, сюда! Вы, слуги верные,

На помощь! Ипполит в безумной похоти

Напал, теснит и смертью госпоже грозит!

Мечом пугает чистую! Вот прочь бежит,

Лишь бросил меч, от ужаса в беспамятстве.

У нас улика. В чувство приведите вы

Несчастную сперва. Волос растерзанных

Не трогайте: злодея обличат они.

Несите в город. Госпожа, очнись скорей!

Что грудь терзаешь, что в глаза не смотришь ты?

Не случай нас, а нрав бесчестит собственный.

Хор

Как безумный вихрь, он бежит отсюда,

Мчится, словно Кор, уносящий тучи,

Мчится, как звезда, что порывом ветра

Сметена с небес и в полете светлый

След оставляет.

Прежних дней красу пусть сравнит с твоею

Слава, что одной старине дивится,

Ярче блещешь ты красотою светлой:

Так блестит луна полнотою круга

В ночь, когда, заткав меж рогов пространство

Золотым огнем, колесницей правит

Феба и земле заалевший кажет

Лик, меньших светил затмевая пламень;

Так горит, всходя, предвозвестник ночи,

Когда он, омыт в Океане, Веспер,

Сумерки ведет, когда гонит сумрак,

Имя сменивши.

От тирсоносных к нам индов явившийся,

Вечный отрок, кудрей долгих не срезавший,

Виноградным копьем тигров пугающий,

Вакх с рогатым челом, митрой повязанным,

Ипполитовых косм не победишь и ты!

Либер, зря не гордись нежной красой лица:

Всем народам земли ведом рассказ о том,

Кто тебе предпочтен Федры сестрою был.

Только смертным краса на благо ли?

Дар мимолетный, дар кратковременный,

Как ты спешишь по пути увядания!

Быстро пестрый наряд с вешних совлек лугов

Лета душного зной в пору, когда палит

Пламя жгучих лучей солнцестояния

И коротким путем мчит в колеснице ночь;

Быстро никнут цветы лилии белые,

Но редеет быстрей милых кудрей волна,

И на нежных щеках гаснет румяный блеск:

Не бывает и дня, мига такого нет,

Чтобы он красоты часть не унес с собой.

Краток век красоты. Мудрый поверит ли

Бренным благам ее? Пользуйся тем, что есть!

Молча против тебя время ведет подкоп,

Будет завтрашний день хуже, чем нынешний.

Что ты в дебри бежишь? Меньше ль опасностей

Там грозит красоте? В чаще глухих лесов,

В час, когда полпути в небе пройдет Титан,

Рой распутных наяд вдруг окружит тебя,

В плен красавцев они в глубь родников влекут.

Из засады твой сон подстерегут всегда

Сонмы резвых лесных дриад,

Что за панами вслед горными гонятся.

Иль со звездных небес взор обратит к тебе

То светило, кого старше аркадян род,

И с упряжкой коней белых не справится.

Прошлой ночью у ней лик зарумянился,

Хоть его ни одна тучка не застила;

Мы, богини испуг видя, встревожились

И, решив, что виной власть фессалийских чар,

Стали медью греметь. Но лишь в тебе одном

Тут причина была: ночи богиня путь

Задержала затем, чтоб на тебя смотреть.