Юсеф презрительно посмотрел на него. Французы всегда настаивают на том, чтобы вы поступали в точности как они. Взяв стакан, он залпом опрокинул его. Мгновение он сидел, ошеломленный отвратительным вкусом напитка, который обжег ему глотку. Затем, помахав рукой около открытого рта, направился в туалет.

Открыв Юсефу дверь, Майкл Винсент расслабился и, улыбнувшись, протянул ему руку.

— У меня хорошие новости, — радостно сказал он. — Первый вариант сценария уже готов.

Юсеф встретил это известие без всякого энтузиазма.

— Мой друг, — сказал он, — возникли некоторые проблемы, которые мы должны обсудить.

Винсент сразу же встревожился. Он знал, что в кинобизнесе слово «проблемы» означало нечто ужасное. Но он знал также, как следует себя вести в этом случае.

— Нет проблем, которые нельзя было бы разрешить.

Юсеф посмотрел на американца. В первый раз с тех пор, как они встретились, этот человек выглядел совершенно трезвым. И надо же такому случиться именно в это время! Обычно он чувствовал себя куда лучше, когда приходилось иметь дело с Винсентом, находившимся в состоянии подпития.

— Я позволил себе заказать внизу столик для ленча, — сказал он.

Винсент улыбнулся.

— Прекрасно. Я как раз проголодался. Даже не завтракал сегодня.

— Чего бы вы хотели выпить? — спросил Юсеф, когда они заняли места за столиком.

Винсент покачал головой.

— Никогда не пью на пустой желудок.

Юсеф повернулся к метрдотелю.

— Мы хотели бы посмотреть меню.

— У нас есть прекрасная копченая лососина, — предложил тот.

Есть Юсефу не хотелось.

— Звучит заманчиво. — Он повернулся к американцу. — Как вы?

— Мне тоже.

Юсеф выругался про себя. Винсент находится в радостном возбуждении, но он надеялся, что тот выпьет.

— Бутылку Монтраше, — сказал он метрдотелю. Может, хорошее белое вино окажет свое действие.

Поклонившись, метрдотель отошел. Двое за столиком сидели молча. Первым заговорил Винсент:

— Вы упомянули, что у нас есть какие-то проблемы?

— Да, — серьезно ответил Юсеф. Взглянув на Винсента, он решил избрать самый прямой путь, хотя он и противоречил его натуре. — Я только что получил утром инструкцию отказаться от наших замыслов.

На лице Винсента ничего не отразилось. Затем с губ его сорвался легкий вздох.

— Я так и чувствовал, что должно было случиться нечто подобное. Все шло слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Вы не удивлены?

Режиссер покачал головой.

— Нет. Во всяком случае, с тех пор, как я прочитал в Голливуде, что какая-то другая компания готова следующей весной приступить в Марокко к съемкам фильма о Пророке.

Юсеф испытал мгновенный прилив облегчения. Вот в чем была причина появления телекса. Во всяком случае, не потому, что зародились подозрения относительно их сделки.

— Да, — сказал он с бесстрастным лицом.

— Не стоит так переживать, — сказал Винсент. — Если бы вы покрутились в кино столько, сколько я, то выглядели бы куда хуже.

— Но даже в этом случае, — сказал Юсеф, — есть одно неприятное дело, которое мы с вами должны обговорить. Я должен разработать с вами условия аннулирования контракта.

Винсент встревожился.

— Аннулировать нечего. Контракт остается без изменений. Я получаю миллион долларов независимо от того, будет сниматься фильм или нет.

— Не думаю. Насколько я понимаю, половина гонорара должна была быть выплачена во время съемок. Если они не начаты, это означает, что оплата не производится. И в этот миллион включены двести тысяч долларов на всякие непредвиденные случаи. И если мы прекращаем сотрудничество, эта сумма также не должна выплачиваться.

— Я читал контракт с несколько иной точки зрения. И думаю, что могу настаивать на уплате всей суммы.

— Каким образом? — откровенно спросил Юсеф. — Если вы читали контракт, то должны были обнаружить, что по ливанским законам и соглашениям, все относящиеся к нему вопросы должны рассматриваться в ливанском суде. И неужели вы думаете, что у вас, иностранца, есть какие-то шансы по сравнению с Аль Феем? Вы не получите ни цента. В сущности, вы не найдете даже юриста, который согласится вести против нас ваше дело.

Винсент молчал. В контракте был один пункт, который ему не нравился. Тот самый, на котором они сейчас настаивают. И теперь он понимал, в чем дело.

Юсеф почувствовал уверенность.

— В суде друзей не бывает, — сказал он. — Куда разумнее нам было бы разработать соглашение. Мир так мал. И никогда нельзя сказать, когда в будущем мы можем понадобиться друг другу.

— Что вы предлагаете?

— Вы уже получили двести тысяч долларов. Мы выплачиваем еще сто тысяч долларов по обязательствам, связанным с созданием сценария. И, думаю, на этом все.