Шрифт:
– Да, все. Кроме меня. Кстати, а сколько у тебя было этих "всех"? Ведь чтобы сделать такой вывод, нужен немалый практический опыт.
– Всего двое. Ты и мой бывший муж. – Она довольно хохотнула. – Чтобы узнать, как больно бьются грабли, большое количество экспериментов не требуется.
– Я знаю, почему он тебя бросил.
– Пардон – объяснитесь, мсье…
– Не делай такие зловещие глаза. Я ведь намедни говорил, что страдаю манией честности. Правду никто не любит, но я все-таки скажу: твой темперамент может свести в могилу даже отшельника, исстрадавшегося по женской ласке.
– Ах ты, негодяй! – Она села на меня верхом и начала мутузить подушкой. – Забью, как мамонта!
Наша шуточная схватка продлилась намного дольше, чем можно было предполагать. Несколько притомившееся желание вдруг вспыхнуло с новой силой, и… Впрочем, подробности опустим. Это уже проза. Приятная, и очень, но все-таки проза.
– Я проголодалась, – заявила Лолита, встав с постели. – У тебя есть что-нибудь вкусненькое?
– Концентраты, мадам, только концентраты.
– Вот так всегда… Непостоянство – вот ваше имя, мужчины.
– Не нужно патетики. Если желаешь, сейчас поднимусь и отправлюсь на рыбную ловлю.
– Ни в коем случае! Я пошутила… – Она начала быстро одеваться. – Мне пора. Лев Борисович очень строгий начальник. Скоро утренняя поверка. А мне не мешало бы часок вздремнуть.
– Спи здесь.
– С тобой уснешь… Что так смотришь на меня? Фигура не нравится? Вот только скажи нечто подобное, большой правдолюбец, и я отравлю тебя медленно действующим ядом. Чтобы помучился подольше. Не забывай о моей профессии.
– Почему смотрю? Хочу навсегда запечатлеть в своей памяти твой прекрасный облик.
– Ну вот, вдобавок ко всему ты еще и льстец. Пока. Провожать не нужно. Здесь недалеко. К тому же начало светать…
Послав мне воздушный поцелуй, она выпорхнула наружу, оставив меня в глубоком раздумье.
Действительно, призадуматься было о чем.
Она и впрямь имела потрясающую фигуру; может быть, несколько мускулистую, но это обстоятельство ни в коей мере не влияло на общее впечатление. Меня несколько смутило другое: на ее точеной загорелой спине явственно виднелись светлые полоски шрамов, происхождение которых практически не вызывало сомнений.
Это были следы от ножа. Интересно, как бы она объяснила их происхождение? Наверное, в духе известного анекдота с бородой: шла по лестнице, упала нечаянно на нож, и так еще три раза подряд.
Нет, спрашивать ее на сей предмет я не буду. И не только потому, что негоже будить у сексуального партнера плохие воспоминания, но еще и по другой причине. Которая заключалась в шраме на левом предплечье.
Его я заметил сразу, однако, поначалу не придал своим наблюдениям должного значения. Шрам был от пулевого ранения, но оперирующий хирург видимо имел поистине золотые руки. А может, Лолите сделали пластическую операцию.
Как бы там ни было, но шрам был малозаметен, и только опытный глаз мог определить его происхождение.
Однако, вкупе с отметинами на спине и отменным физическим состоянием Лолиты, он вызвал во мне некоторые, не очень приятные, ассоциации.
Она так лихо вошла со мной в контакт, что я, расслабленный мирной отшельнической жизни, даже не трепыхнулся. Не говоря уже о том, чтобы проанализировать ситуацию, связанную с ее появлением в моей обители. Она просто не дала мне на это времени.
Интересно, ее действительно зовут Лолита? Может быть, может быть… Что ей от меня нужно? Взыграла страсть к приключениям постельного характера? Не исключено. Но и не факт. Ах, одиночество, ах, тоска…
Базар-вокзал, примитивный прием. А ведь сработал… если, конечно, мои выводы не высосаны из пальца.
Черт меня побери! Охламон… Правда, у меня есть смягчающие обстоятельства – от женщин нигде не спрячешься. Из-под земли выроют, если найдет на них такая блажь.
А может я ошибаясь? Может сгущаю краски? Совсем одичал на своем "острове", потому и лезет в башку всякая чушь. Поди, знай… Ладно, пусть все идет, как идет. Поживем – увидим…
В сенцах что-то громыхнуло, и я, поглощенный своими мыслями, подскочил от неожиданности словно ошпаренный. Опять кто-то ведра свалил, только и успел я подумать, вспомнив недавний визит бабы Федоры, который принес нам с Зосимой сплошные неприятности, как в горницу ураганом ворвалась Каролина.
Ее глаза метали молнии.
Глава 16
Я машинально натянул на себя простыню, вспомнив, что лежу на постели, в чем мать родила.
– Ты, ты!.. – У нее явно не хватало слов.
– Ну, я. Между прочим, неприлично среди ночи врываться в спальню к малознакомому, и вдобавок обнаженному, мужчине. Ведь он может подумать Бог весть что.
– Неприлично!? – От возмущения и ярости Каролина топнула ногой. – Это кто говорит о приличиях!?
Человек, который запер меня в погребе и даже не подумал о том, что я голодна и мне хочется на ночь попить чаю. Кстати, уже не ночь, а утро.